Что происходит сейчас

AddThis Social Bookmark Button

Сели все

Склока в знатной питерской семье рискует обернуться трагедией для шести посторонних людей
30.01.2013

 

Расследование дела экс-судьи Татьяны Зайферт о рейдерстве близится к завершению

Бывшую помощницу экс-депутата Литвиненко окончательно обвинили в покушении на особо крупное мошенничество.

Бывшей судье Калининского районного суда Петербурга и бывшей помощнице экс-депутата Законодательного собрания Петербурга Татьяне Зайферт предъявлено окончательное обвинение в рамках уголовного дела о рейдерском захвате помещения на Лиговском проспекте стоимостью более 9,3 млн рублей. В ближайшее время расследование дела будет завершено, после чего Татьяна Зайферт окажется на скамье подсудимых вместе с ещё тремя обвиняемыми.

Впрочем, положение подсудимой будет не совсем таким, как положение её предполагаемых подельников: Татьяна Зайферт — единственная из обвиняемых в этом деле, которая содержится под стражей. Трое других находятся на подписке о невыезде, которую, по данным АЖУРа,  им удалось получить благодаря сотрудничеству со следствием.
Бывшую судью и бывшую помощницу экс-депутата ЗакСа Ольги Литвиненко, напомним, обвиняют в совершении преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 30 и частью 4 статьи 159 УК РФ («Покушение на мошенничество, совершённое организованной группой… в особо крупном размере»). Следствие видит Татьяну Зайферт лидером этой группы.

Якобы она пыталась организовать продажу коммерческого помещения на Лиговском проспекте, заранее зная, что продавцы завладели им мошенническим путём. Интересно, что все действия, которые госпожа Зайферт, по версии следствия, предприняла, ничем не отличаются от действий любого юриста в рамках стандартного юридического сопровождения стандартной сделки. Следствию предстоит доказать, что Зайферт всё это делала, заранее зная о мошенничестве, к которому сама никакого отношения не имела.

Судя по всему, основными доказательствами вины Татьяны Зайферт станут объяснения, которые она сама давала в Управлении по борьбе с экономическими преступлениями ГУ МВД по Петербургу и области. Её вызывали туда во время проверки заявлений потерпевших — прежних хозяев спорного помещения. Сам факт вызовов Татьяны Зайферт в полицию в связи с действиями со спорным помещением мог натолкнуть её на мысль о том, что с помещением не всё в порядке.

Гособвинитель на будущем судебном процессе наверняка станет настаивать на том, что, фактически предупреждённая сотрудниками полиции о возможно криминальной истории продаваемого помещения, бывшая судья сознательно продолжала осуществлять действия по его продаже, то есть стала соучастницей преступления.

Другой вопрос, удастся ли обвинению убедить суд в том, что совершённые Татьяной Зайферт действия образуют состав преступления.

Стоит добавить, что Татьяна Зайферт — одна из пяти бывших помощников Ольги Литвиненко, к каждому из которых правоохранительные органы предъявили претензии, связанные с совершением уголовных преступлений.


Дзержинский суд преподаст адвокатский урок

Позволительно ли адвокату содействовать продаже похищенного имущества? Он становится соучастником преступления или остаётся юристом, представляющим интересы клиента? Ответы на эти вопросы предстоит дать Дзержинскому районному суду Петербурга, куда будет направлено дело в отношении адвоката Татьяны Зайферт, расследование которого завершено.

В адвокатском сообществе мнения по этому поводу разделились, а сама Зайферт заявила: она подверглась уголовному преследованию из-за конфликта между бывшим депутатом питерского ЗакСа Ольгой Литвиненко и её отцом, о котором уже писала «Фонтанка».

Может — не может?

Обычная ситуация: приходит бизнесмен к адвокату и просит помочь юридически корректно продать принадлежащее ему помещение в центре города. Бизнесмен предупреждает: сделка не всем приятна — кто-то мешает, кто-то жалуется в официальные инстанции, из-за чего и требуются услуги опытного юриста.

Сделка не из дешёвых, гонорар, обещанный адвокату, соответственно, весьма привлекательный.

Задача адвоката: обеспечить передачу объекта новому собственнику и получение денег клиентом. И всё вопреки противодействию со стороны кого-то, кто недоволен сделкой.

Стоит ли адвокату выяснять причины недовольства оппонентов?

Должен ли адвокат проверить подлинность документов, подтверждающих права собственности потенциального клиента на продаваемое имущество?

Ведь потенциальный клиент может оказаться мошенником, похитившим имущество и теперь желающим руками адвоката легализовать его. А адвокат может оказаться втянутым в преступление.

Подлежит ли он в таком случае привлечению к уголовной ответственности, даже если сам никакого отношения к хищению не имел?

Дзержинскому районному суду Петербурга предстоит ответить на эти вопросы на примере уголовного дела в отношении адвоката Адвокатской палаты Ленинградской области Татьяны Зайферт.

Руководитель 2-го следственного отдела 1-го управления по расследованию особо важных дел Главного следственного управления СК РФ по Петербургу Юрий Яшков считает, что Татьяна Зайферт, организовав юридическое сопровождение продажи похищенного помещения, не только участвовала в мошенничестве, но и стала организатором преступной группы.

Поэтому приговор, который вынесет Дзержинский суд, чрезвычайно важен для всего юридического сообщества: в принципе, Татьяна Зайферт сделала то, что каждый день делают тысячи других юристов.

На скамье подсудимых вместе с клиентами

Татьяну Зайферт обвиняют в совершении преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 30 и частью 4 статьи 159 УК РФ («покушение на мошенничество, совершённое организованной группой… в особо крупном размере»).

По версии следствия, к Татьяне Зайферт обратились граждане, просившие о юридическом сопровождении одной сделки. Они принесли документы, из которых следовало, будто они являются собственниками некоего ЗАО «Итус-Тур», которому принадлежит нежилое помещение, расположенное в доме 66-64, лит. А, по Лиговскому проспекту. Следствие полагает, что стоит оно не менее 9 300 000 рублей.

Бизнесмены хотели продать помещение, однако испытывали дискомфорт в связи с внутренним конфликтом: имелись люди, полагавшие, будто именно они имеют права на данное имущество. Эти люди обратились в суд и в правоохранительные органы.

Татьяна Зайферт наняла охранное предприятие, обеспечившее доступ в продаваемое помещение только тем лицам, которых хотели туда допустить её клиенты. Ещё она научила их, как правильно вести себя в правоохранительных органах, как организовать сам процесс продажи помещения, плюс, как полагает следователь, «дала заведомо ложные объяснения» сотруднику УБЭП, проводившему проверку по заявлению других претендентов на продаваемое помещение.

Проще говоря, Татьяна Зайферт организовала полноценное юридическое сопровождение сделки, которая, по мнению следствия, стала частью  рейдерского захвата. Следователь Юрий Яшков считает, что Татьяна Зайферт с самого начала знала о незаконном происхождении права собственности на продаваемое помещение у её клиентов, и трактует её действия как соучастие в мошенничестве.

В постановлении о привлечении женщины в качестве обвиняемой отдельно указано, что она — бывшая судья Калининского районного суда, благодаря чему имеет хорошие связи в судейских и правоохранительных органах.

Теперь адвокату Зайферт предстоит сидеть на скамье подсудимых вместе со своими бывшими клиентами. В отличие от них, давших признательные показания, она ещё и содержится под стражей.

Двуликий кодекс

Если бы Татьяна Зайферт с самого начала проверила законность происхождения документов, с которыми обратились к ней её клиенты, и отказалась от сопровождения сомнительной сделки — у неё всё было бы хорошо.

Отсюда и возникает вопрос: как правильно должен поступить адвокат в такой ситуации?

Документа, в котором об этом было бы напрямую сказано, не существует. Поэтому «Фонтанка» обратилась к двум, безусловно, авторитетным членам петербургского адвокатского сообщества.

Вице-президент Адвокатской палаты Санкт-Петербурга Андрей Савич считает, что адвокат исходит из достоверности предоставленных клиентом документов и не должен проверять их, потому что адвокат — это не правоохранительный орган. По мнению Андрея Савича, адвокат не несёт ответственность за действия клиента.

- Адвокат действует не от своего имени, а от имени своих доверителей, - заявил «Фонтанке» господин Савич, - поэтому все правовые обязанности возникают у доверителя. Это общемировой принцип, а не только наших, российских, адвокатов...

Председатель ревизионной комиссии Адвокатской палаты Санкт-Петербурга Сулик Бородатый придерживается прямо противоположной точки зрения. Он сказал автору этих строк, что обязательно проверяет подлинность документов, которые предоставляют ему потенциальные клиенты, перед тем, как заключить с ними соглашение о юридическом сопровождении сделки.

- Я считаю, что адвокат должен так поступать, чтобы потом не оказаться в двусмысленной ситуации, - сказал автору этих строк Сулик Бородатый.

Интересно, что свои фактически противоположные заявления по одному и тому же вопросу оба уважаемых адвоката сделали со ссылкой на Кодекс профессиональной этики адвоката. И действительно, в этом документе содержатся указания, которые применительно к нашей ситуации можно трактовать как взаимоисключающие.

Часть 1-я статьи 10 Кодекса гласит: «Закон и нравственность в профессии адвоката выше воли доверителя. Никакие пожелания, просьбы или указания доверителя, направленные к несоблюдению закона… не могут быть исполнены адвокатом».

Именно об этом сказал нам Сулик Бородатый.

Но часть 7-я статьи 10 Кодекса гласит: «При исполнении поручения адвокат исходит из презумпции достоверности документов и информации, представленных доверителем, и не проводит их дополнительной проверки».

Об этом заявил нам Андрей Савич.

Теперь своё мнение по этому поводу выскажет суд, что наверняка станет уроком для всех участников петербургского юридического сообщества.

Роковая Ольга

У этой истории есть и ещё одна сторона, которая в свете обсуждаемого концептуального юридического спора может выглядеть нелепой.

В течение последних двух лет правоохранительные органы предъявили претензии к пяти бывшим помощникам бывшего депутата Законодательного собрания Петербурга Ольги Литвиненко — Татьяна Зайферт одна из них. И на судебном заседании, посвящённом продлению её ареста, она так и заявила: уголовное преследование связано с конфликтом между Ольгой Литвиненко и её отцом, ректором Национального минерально-сырьевого университета «Горный» Владимиром Литвиненко (известен широкой общественности прежде всего как глава предвыборного штаба российского президента Владимира Путина).

Сам факт синхронного интереса петербургских правоохранительных органов к бывшим помощникам бывшего депутата действительно присутствует.
Одного бывшего помощника Ольги Литвиненко, Илью Хлусова, обвиняют в соучастии в крупном мошенничестве, результатом которого стал нанесенный бюджету ущерб более чем на 3,6 миллиона рублей. Он полностью признал свою вину, однако уже более года ожидает судебного процесса в следственном изоляторе.

Из постановления о привлечении господина Хлусова в качестве обвиняемого видно, что следствие полагает, будто бы его подельником, в частности, является еще один бывший помощник депутата Ольги Литвиненко - некто Руслан Прасолов. Он был объявлен в международный розыск и некоторое время назад задержан в Польше. Сейчас молодой человек ожидает экстрадиции в Россию.

Мария Рябкова, супруга Хлусова, сегодня ходит в суд качестве обвиняемой – там слушается уголовное дело об избиении ею полицейского. Мария Рябкова заявила «Фонтанке», что все эти события она связывает с тем, что она с мужем поддерживала Ольгу Литвиненко в ее конфликте с отцом.

В апреле 2011 года и в марте 2012-го в квартире ещё одного человека из окружения Ольги Литвиненко - юриста Станислава Дмитренко - были проведены обыски. Первый  производился в рамках уголовного дела, возбужденного по факту незаконных финансовых операций. Второй - в рамках дела об убийстве предпринимателя Александра Лившица в июле 2005 года. Станислав Дмитренко утверждает, что никакого отношения ни к одному из указанных преступлений не имел, а обыски являются способами психологического давления на него. В чем суть этого давления, господин Дмитренко легально предполагать не стал, опасаясь обвинений в клевете.

В ответ на редакционный запрос Владимир Литвиненко связался с автором этих строк с помощью своего адвоката Светланы Савиновой, которая в чрезвычайно корректных выражениях заявила: ректор Горного не может комментировать уголовные дела помощников Ольги, потому что никакого отношения к ним не имеет.

Константин Шмелёв, «Фонтанка.ру»

 

Самый гуманный суд в мире: защитница Ольги Литвиненко остается под стражей

Больше двух лет тянется следствие по делу о мошенничестве в отношении трех "бизнесменов" — Михаила Кириенко, Дмитрия Горака и Юрия Глинского, которым инкриминируется покушение на чужое имущество. И все два года эти три персонажа находятся на свободе, а юрист, привлеченный ими на последнем этапе сделки для юридического сопровождения, бывшая судья Калининского района Татьяна Зайферт, сидит в СИЗО.

Скованные одной цепью. Горной

Третий год бригада следователей — сначала из четырех человек, потом из шести — перелистывает страницы документов, изъятых еще в 2010 году, пытаясь собрать материалы для судебного разбирательства в отношении мошенников, фактически уже признавших свою вину: Кириенко, Горак и Глинский не отрицают, что покусились на нежилое помещение, принадлежавшее законным владельцам фирмы ЗАО "Итус-тур". Для этого они изготовили фальшивые документы, из которых следовало, что это они, Кириенко, Горак и Глинский, являются владельцами фирмы и помещения площадью около 90 кв. метров. По оценке следствия, оно стоит больше 9 млн рублей, но "предприниматели" планировали продать его за 8 млн, из них 5 млн (если верить их показаниям) намеревались передать Татьяне Зайферт, к которой обратились за юридической помощью. Сама Зайферт не отрицает, что действительно взялась за юридическое сопровождение сделки по продаже, но утверждает, что все документы уже были подготовлены этой троицей, и что она не просила никакого материального вознаграждения за свое участие. 

Имя Татьяны Зайферт, по словам ее адвокатов, всплыло в памяти троих организаторов мошенничества не сразу — на первых допросах оно не фигурировало. И только спустя несколько месяцев Кириенко, Горак и Глинский вспомнили про Зайферт и даже назвали именно ее основным инициатором аферы. Зайферт связывает такое просветление в умах "бизнесменов" с другой историей: она была одним из помощников Ольги Литвиненко, бывшего депутата ЗакСа, дочери ректора Горного института. Два с половиной года назад папа-ректор начал войну с собственной дочерью-депутатом за право опеки над внучкой, дочерью Ольги. Кстати, за два с половиной года ни родная мать, ни другие родственники и друзья не видели девочку, и никто, кроме деда, забравшего внучку, не знает о ее местонахождении. 

Помощники Ольги Литвиненко вместе с ней защищали дочь от деда. И вскоре многие из них сели на скамью подсудимых. Такая участь постигла и Зайферт.

Слово за слово

По словам бывшей судьи, ее обвиняют в покушении на мошенничество исключительно по словесным показаниям Кириенко и компании. 

— Фактически мое слово против их слова, — считает Зайферт. — Но мошенничество — статья материальная, и нужны документальные доказательства, а не только слова. Поскольку их нет, видимо и судебного разбирательства не будет, и меня просто продержат год в СИЗО. Что это даст? Вероятно, чувство глубокого удовлетворения заказчика. Кстати, в СИЗО сейчас находится немало таких подследственных — их держат полгода-год, потом выпускают, потому что дела разваливаются. Но главное — человека запугали и на долгое время изолировали.

Судебное заседание, проходившее в Дзержинском районном суде 10 сентября, произвело, мягко говоря, странное впечатление. Оно продолжалось с 10 до 21 часа — фактически 11 часов, и за это время судья должен был решить единственный вопрос — продлевать или не продлевать содержание Зайферт под стражей. У нее тяжелый кардиологический диагноз, в течение дня ей позволили передать пакет сока и пару пирожков. К шести вечера ей стало плохо, подскочило давление, и судья Владимир Васюков распорядился вызвать скорую помощь. 

Все ходатайства защиты Зайферт и ее собственные судья отводил, руководствуясь исключительно мнением представителя Следственного комитета и прокурора. Если адвокаты и подследственная аргументировали свои ходатайства ссылками на статьи УК и Конституции, то представитель СК господин Яшков, отвергая ходатайства, ссылался только на нецелесообразность выполнения просьбы и предъявленные ранее обвинения. Прокурор вторил: мол, поддерживаю и считаю, что все по закону. 

Судья Васюков встал на сторону обвинения. Возможно, по укоренившейся привычке: в должности судьи он находится с октября прошлого года, до этого работал в прокуратуре. Кстати, именно Владимир Васюков в 2008 году от имени прокуратуры настаивал на аресте лидера петербургского "Яблока" Максима Резника, утверждая, что иначе Резник будет оказывать давление на следствие и пострадавших. Васюков тогда служил в должности старшего помощника прокурора Центрального района. Именно он содействовал освобождению из-под стражи криминального авторитета бандитского Петербурга 90-х Андрея Волова. Криминальный авторитет — совершенно безобидный, а вот пятидесятилетняя женщина, перенесшая операцию коронарного шунтирования и только еще подозреваемая в покушении на мошенничество (что больше двух лет не могут доказать следователи СК), по мнению господина Васюкова, представляет опасность. Напомним: один из бизнесменов-мошенников заявил, что она якобы ему угрожала. Что и послужило основной причиной ее ареста. 

—  Мы изначально не надеялись, что мера пресечения будет изменена, но постарались сделать возможное, — рассказал после заседания Сергей Кузьмин, адвокат Татьяны Зайферт. — Остальных — реально совершивших мошенничество — наши правоохранители нашли возможным держать на свободе, а ее не выпускают даже под залог. Это чистой воды репрессия, растянутая во времени и не обоснованная. 

Адвокаты намерены опротестовать решение Дзержинского районного суда о продлении содержания под стражей. 

Наталья Шкуренок

 

Расследование дела экс-судьи Татьяны Зайферт о рейдерстве близится к завершению

Бывшей судье Калининского районного суда Петербурга и бывшей помощнице экс-депутата Законодательного собрания Петербурга Татьяне Зайферт предъявлено окончательное обвинение в рамках уголовного дела о рейдерском захвате помещения на Лиговском проспекте стоимостью более 9,3 млн рублей. В ближайшее время расследование дела будет завершено, после чего Татьяна Зайферт окажется на скамье подсудимых вместе с ещё тремя обвиняемыми.

Впрочем, положение подсудимой будет не совсем таким, как положение её предполагаемых подельников: Татьяна Зайферт — единственная из обвиняемых в этом деле, которая содержится под стражей. Трое других находятся на подписке о невыезде, которую, по данным АЖУРа,  им удалось получить благодаря сотрудничеству со следствием.
Бывшую судью и бывшую помощницу экс-депутата ЗакСа Ольги Литвиненко, напомним, обвиняют в совершении преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 30 и частью 4 статьи 159 УК РФ («Покушение на мошенничество, совершённое организованной группой… в особо крупном размере»). Следствие видит Татьяну Зайферт лидером этой группы.

Якобы она пыталась организовать продажу коммерческого помещения на Лиговском проспекте, заранее зная, что продавцы завладели им мошенническим путём. Интересно, что все действия, которые госпожа Зайферт, по версии следствия, предприняла, ничем не отличаются от действий любого юриста в рамках стандартного юридического сопровождения стандартной сделки. Следствию предстоит доказать, что Зайферт всё это делала, заранее зная о мошенничестве, к которому сама никакого отношения не имела.

Судя по всему, основными доказательствами вины Татьяны Зайферт станут объяснения, которые она сама давала в Управлении по борьбе с экономическими преступлениями ГУ МВД по Петербургу и области. Её вызывали туда во время проверки заявлений потерпевших — прежних хозяев спорного помещения. Сам факт вызовов Татьяны Зайферт в полицию в связи с действиями со спорным помещением мог натолкнуть её на мысль о том, что с помещением не всё в порядке.

Гособвинитель на будущем судебном процессе наверняка станет настаивать на том, что, фактически предупреждённая сотрудниками полиции о возможно криминальной истории продаваемого помещения, бывшая судья сознательно продолжала осуществлять действия по его продаже, то есть стала соучастницей преступления.

Другой вопрос, удастся ли обвинению убедить суд в том, что совершённые Татьяной Зайферт действия образуют состав преступления.

Стоит добавить, что Татьяна Зайферт — одна из пяти бывших помощников Ольги Литвиненко, к каждому из которых правоохранительные органы предъявили претензии, связанные с совершением уголовных преступлений.

 

Самый гуманный суд в мире: защитница Ольги Литвиненко остается под стражей

 
Больше двух лет тянется следствие по делу о мошенничестве в отношении трех "бизнесменов" — Михаила Кириенко, Дмитрия Горака и Юрия Глинского, которым инкриминируется покушение на чужое имущество. И все два года эти три персонажа находятся на свободе, а юрист, привлеченный ими на последнем этапе сделки для юридического сопровождения, бывшая судья Калининского района Татьяна Зайферт, сидит в СИЗО. 

Скованные одной цепью. Горной

Третий год бригада следователей — сначала из четырех человек, потом из шести — перелистывает страницы документов, изъятых еще в 2010 году, пытаясь собрать материалы для судебного разбирательства в отношении мошенников, фактически уже признавших свою вину: Кириенко, Горак и Глинский не отрицают, что покусились на нежилое помещение, принадлежавшее законным владельцам фирмы ЗАО "Итус-тур". Для этого они изготовили фальшивые документы, из которых следовало, что это они, Кириенко, Горак и Глинский, являются владельцами фирмы и помещения площадью около 90 кв. метров. По оценке следствия, оно стоит больше 9 млн рублей, но "предприниматели" планировали продать его за 8 млн, из них 5 млн (если верить их показаниям) намеревались передать Татьяне Зайферт, к которой обратились за юридической помощью. Сама Зайферт не отрицает, что действительно взялась за юридическое сопровождение сделки по продаже, но утверждает, что все документы уже были подготовлены этой троицей, и что она не просила никакого материального вознаграждения за свое участие. 

Имя Татьяны Зайферт, по словам ее адвокатов, всплыло в памяти троих организаторов мошенничества не сразу — на первых допросах оно не фигурировало. И только спустя несколько месяцев Кириенко, Горак и Глинский вспомнили про Зайферт и даже назвали именно ее основным инициатором аферы. Зайферт связывает такое просветление в умах "бизнесменов" с другой историей: она была одним из помощников Ольги Литвиненко, бывшего депутата ЗакСа, дочери ректора Горного института. Два с половиной года назад папа-ректор начал войну с собственной дочерью-депутатом за право опеки над внучкой, дочерью Ольги. Кстати, за два с половиной года ни родная мать, ни другие родственники и друзья не видели девочку, и никто, кроме деда, забравшего внучку, не знает о ее местонахождении. 

Помощники Ольги Литвиненко вместе с ней защищали дочь от деда. И вскоре многие из них сели на скамью подсудимых. Такая участь постигла и Зайферт.

Слово за слово

По словам бывшей судьи, ее обвиняют в покушении на мошенничество исключительно по словесным показаниям Кириенко и компании. 

— Фактически мое слово против их слова, — считает Зайферт. — Но мошенничество — статья материальная, и нужны документальные доказательства, а не только слова. Поскольку их нет, видимо и судебного разбирательства не будет, и меня просто продержат год в СИЗО. Что это даст? Вероятно, чувство глубокого удовлетворения заказчика. Кстати, в СИЗО сейчас находится немало таких подследственных — их держат полгода-год, потом выпускают, потому что дела разваливаются. Но главное — человека запугали и на долгое время изолировали.

Судебное заседание, проходившее в Дзержинском районном суде 10 сентября, произвело, мягко говоря, странное впечатление. Оно продолжалось с 10 до 21 часа — фактически 11 часов, и за это время судья должен был решить единственный вопрос — продлевать или не продлевать содержание Зайферт под стражей. У нее тяжелый кардиологический диагноз, в течение дня ей позволили передать пакет сока и пару пирожков. К шести вечера ей стало плохо, подскочило давление, и судья Владимир Васюков распорядился вызвать скорую помощь. 

Все ходатайства защиты Зайферт и ее собственные судья отводил, руководствуясь исключительно мнением представителя Следственного комитета и прокурора. Если адвокаты и подследственная аргументировали свои ходатайства ссылками на статьи УК и Конституции, то представитель СК господин Яшков, отвергая ходатайства, ссылался только на нецелесообразность выполнения просьбы и предъявленные ранее обвинения. Прокурор вторил: мол, поддерживаю и считаю, что все по закону. 

Судья Васюков встал на сторону обвинения. Возможно, по укоренившейся привычке: в должности судьи он находится с октября прошлого года, до этого работал в прокуратуре. Кстати, именно Владимир Васюков в 2008 году от имени прокуратуры настаивал на аресте лидера петербургского "Яблока" Максима Резника, утверждая, что иначе Резник будет оказывать давление на следствие и пострадавших. Васюков тогда служил в должности старшего помощника прокурора Центрального района. Именно он содействовал освобождению из-под стражи криминального авторитета бандитского Петербурга 90-х Андрея Волова. Криминальный авторитет — совершенно безобидный, а вот пятидесятилетняя женщина, перенесшая операцию коронарного шунтирования и только еще подозреваемая в покушении на мошенничество (что больше двух лет не могут доказать следователи СК), по мнению господина Васюкова, представляет опасность. Напомним: один из бизнесменов-мошенников заявил, что она якобы ему угрожала. Что и послужило основной причиной ее ареста. 

—  Мы изначально не надеялись, что мера пресечения будет изменена, но постарались сделать возможное, — рассказал после заседания Сергей Кузьмин, адвокат Татьяны Зайферт. — Остальных — реально совершивших мошенничество — наши правоохранители нашли возможным держать на свободе, а ее не выпускают даже под залог. Это чистой воды репрессия, растянутая во времени и не обоснованная. 

Адвокаты намерены опротестовать решение Дзержинского районного суда о продлении содержания под стражей. 

Наталья Шкуренок

 

Помощника Литвиненко отправили к психиатрам

В Дзержинском районном суде началось слушание по существу уголовного дела в отношении Ильи Хлусова, бывшего помощника экс-депутата Законодательного собрания Петербурга Ольги Литвиненко, дочери ректора Горного университета. Хлусов – первый из 5 подвергшихся уголовному преследованию помощников депутата Литвиненко, чьё уголовное дело дошло до суда. Он полностью признал вину, и дело слушается в особом порядке. Но, вопреки ожиданиям быстрого завершения процесса, суд назначил помощнику депутата комплексную психолого-психиатрическую экспертизу.

Наказуемые праздники

По версии следствия, помощник депутата Законодательного собрания Петербурга Илья Хлусов принимал участие в крупном мошенничестве, результатом которого стал нанесенный бюджету ущерб более чем на 3,6 миллиона рублей.

Схема мошенничества следствию видится такой.

В конце 2010 года Илья Хлусов вместе с двумя подельниками якобы организовали участие в государственных контрактах двух ООО: «Гарант Северо-Запад» и «Интернациональный центр творчества». Следствие полагает, что обе компании были зарегистрированы в один день, а их руководителями были номинальные лица. В постановлении о привлечении Ильи Хлусова в качестве обвиняемого эти компании названы «подставными».

Стараниями Хлусова и его подельников, полагает следствие, эти компании сумели стать участниками государственных контрактов, заказчиком в которых выступала администрация Петроградского района Петербурга. Суть контрактов сводилась к проведению различных культурно-массовых мероприятий (как правило, праздников) районного масштаба. А суть преступления якобы сводилась к тому, что свои обязательства по данным контрактам «подставные» компании исполнили не полностью, а деньги получили полностью – благодаря тому, что акты сдачи-приемки выполненных работ были подписаны представителями районной администрации стараниями одного из участников этого преступления.

Илья Хлусов полностью признал свою вину, раскаялся и сотрудничал со следствием – в результате судья Дзержинского районного суда Петербурга Анжелика Морозова слушает дело в особом порядке, то есть без допроса свидетелей. В таких ситуациях обвинительный приговор, как правило, предсказуем, хотя даже в таком «упрощенном» виде данный процесс преподнёс некоторые неожиданности.

Представители подсудимого ожидали, что сегодня же процесс закончится обвинительным приговором, после которого Илья Хлусов выйдет из зала суда на свободу с наказанием, срок которого соответствовал бы времени, уже проведенному им в следственном изоляторе. Однако, узнав о нескольких черепно-мозговых травмах подсудимого, судья Морозова отправила его на стационарную психолого-психиатрическую экспертизу, против чего сам Хлусов категорически возражал. Но действия судьи понятны: она не хочет, чтобы в дальнейшем у какой-нибудь из сторон появились формальные основания для отмены приговора.

Преподнесла сюрприз и Кристина Тюльпанова, представляющая интересы потерпевшего – администрации Петроградского района Петербурга. Она заявила, что договор с ней был заключён всего два дня назад, в связи с чем она вообще не знакома с материалами дела.

Раскаявшемуся Илье Хлусову не удалось в этот день выйти на свободу, но дальнейшее развитие данного уголовного дела, судя по всему, будет касаться не только его. В этом уголовном деле есть 2 подельника Хлусова, которые в рамках процесса в Дзержинском суде названы «неустановленными лицами».

Из постановления о привлечении господина Хлусова в качестве обвиняемого видно, что следствие полагает, будто подельниками Хлусова являются еще один бывший помощник депутата Ольги Литвиненко некто Руслан Прасолов и заместитель главы администрации Петроградского района Наталья Соломахина.

Их сегодняшний статус совершенно разный: Прасолов объявлен в розыск и проживает, судя по всему, за пределами нашей необъятной Родины, а Соломахина каждое утро ходит на работу в качестве заместителя главы районной администрации. По словам ее адвоката Анны Марковой, госпожа Соломахина категорически отрицает свою вину.

Опасная должность помощника

Это уголовное дело принципиальным образом отличается от прочих многочисленных дел, в которых изобличаются казнокрады районного масштаба. Отличие в том, что у ряда заинтересованных лиц имеется устойчивое мнение, будто данное дело имеет дополнительную интригу – якобы оно связано с конфликтом между бывшим депутатом петербургского Законодательного собрания Ольгой Литвиненко и её отцом, ректором Национального минерально-сырьевого университета «Горный» Владимиром Литвиненко. Последний известен широкой общественности прежде всего как глава предвыборного штаба российского президента Владимира Путина.

Описывать этот конфликт вряд ли стоит – во-первых, он уже многократно описан, во-вторых, всегда неприятно копаться в чужом белье. Но, видимо, имеет смысл кратко рассказать о некоторых событиях, которые на протяжении последних 2 - 3 лет стали происходить с помощниками депутата Ольги Литвиненко, пока она еще не лишилась своего статуса с перевыборами парламента в декабре, и продолжают происходить теперь.

Герой нашего судебного репортажа Илья Хлусов в мае 2010 года стал жертвой странного нападения – некто без видимых причин ударил его бутылкой по голове. Уголовное дело по данному факту возбуждено не было.

В сентябре 2011 года между Ильей Хлусовым и сотрудником 1-го отдела ОРЧ-1 ГУ МВД РФ по СЗФО Кругловым произошел неприятный разговор. В результате Хлусов и Круглов пожаловались в полицию, что избили друг друга. Полицейскому Круглову поверили, и по его заявлению было возбуждено уголовное дело. Помощнику депутата Хлусову не поверили – в возбуждении уголовного дела по его заявлению было отказано. Впрочем, возбужденное по заявлению Круглова уголовное дело было прекращено в связи с примирением сторон.

Неприятный разговор, повлекший обращение Хлусова в полицию, происходил у дверей реанимационного отделения больницы Святого Георгия, из которого после процедур выходил Хлусов. Присутствовавшая при инциденте Мария Рябкова, супруга Хлусова, сегодня ходит в суд качестве обвиняемой – там слушается уголовное дело об избиении уже другого полицейского - Хачатурова, якобы происшедшем у дверей той самой реанимации в момент разговора между Кругловом и Хлусовым.

Мария Рябкова заявила «Фонтанке», что все эти события связывает с тем, что она с мужем поддерживала Ольгу Литвиненко в ее конфликте с отцом.

В декабре 2010 года жертвой неустановленных следствием преступников стал ещё один человек из ближайшего окружения Ольги Литвиненко – юрист Станислав Дмитренко. Его подкараулили у подъезда и сильно ударили по голове. По словам Дмитренко, у него до сих пор в лицевую часть черепа имплантированы титановые пластины. По данному факту в Следственном управлении при УВД по Кировскому району Петербурга было возбуждено уголовное дело, которое предсказуемо ни к чему не привело.

Станислав Дмитренко заявил «Фонтанке», что незадолго до нападения ему звонил неизвестный и требовал прекратить любые контакты с Ольгой Литвиненко.

Более того, в апреле 2011 года и в марте 2012-го в квартире юриста Дмитренко были проведены обыски. Первый обыск производился в рамках уголовного дела, возбужденного по факту незаконных финансовых операций. Второй обыск производился в рамках уголовного дела об убийстве предпринимателя Александра Лившица в июле 2005 года.

Станислав Дмитренко утверждает, что никакого отношения ни к одному из указанных преступлений не имел, а обыски являются способами психологического давления на него. В чем суть этого давления, господин Дмитренко легально предполагать не стал, опасаясь обвинений в клевете.

А недавно была арестована ещё одна помощница Ольги Литвиненко – адвокат, бывшая федеральная судья Татьяна Зайферт. Ей инкриминируют участие в организации рейдерского захвата помещения на Лиговском проспекте. Это уголовное дело находится в стадии предварительного следствия, но, к сожалению, представляющий интересы Зайферт адвокат Сергей Кузьмин предложение «Фонтанки» о комментариях проигнорировал.

Можно резюмировать: 5 человек из ближайшего окружения депутата Ольги Литвиненко оказались преследуемыми правоохранительными органами. И скоро первое из этих преследований пройдет проверку в суде, после чего станет ясно, совершал ли помощник депутата Илья Хлусов преступление, в котором его обвинило следствие.

Но, похоже, в любом случае перед нами лишь начало запутанной и странной резонансной интриги.

Константин Шмелёв, «Фонтанка.ру»

 

Экс-судья Зайферт в СИЗО объявила бессрочную голодовку

rosbaltru7NnR7P32-234

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, 12 июля. Квалификационная коллегия судей большинством голосов (девять против трех) дала согласие на взятие под стражу своей бывшей коллеги — экс-судьи Калининского райсуда Санкт-Петербурга Татьяны Зайферт, тем самым удовлетворив представление главы СК РФ Александра Бастрыкина. В знак протеста находящаяся в СИЗО на ул. Арсенальной Зайферт официально объявила бессрочную голодовку, написав соответствующее заявление. Об этом сообщил "Росбалту" адвокат Зайферт Сергей Кузьмин.

Адвокат сообщил, что заседание квалификационной коллегии, которая по закону должна рассматривать дела спецсубъектов, к которым относятся судьи, проходило с нарушениями. Так, в состав комиссии должен входить 21 человек, из них семеро должны быть представителями общественности, причем не являющимися учредителями коммерческих структур. В заседании по делу Зайферт "гражданских" было всего трое, причем как минимум одна из них — хозяйка некой фирмы.

"Зная наше судебное сообщество, предугадать такой результат — согласие на арест Зайферт — было несложно, — считает адвокат Кузьмин. — Практика чудовищна. У судей происходит профессиональная деформация, и они в большинстве случаев удовлетворяют такие решения следствия, делая обвинительный уклон, при этом особо не вдаваясь в подробности. Теоретически квалификационная коллегия судей — очень демократичный институт, так туда входят представители общественности, но в последнее время его демократичность выхолащивается, ее взяли — и политическим решением снивелировали. При таком соотношении голосов, как на заседании по делу Зайферт, решение всегда будет приниматься в пользу госорганов. Надо пятого, десятого, сотого "Магнитского", чтобы что-то в этой системе изменилось".

Адвокаты намерены обжаловать решение коллегии.

Напомним, судью заключили под стражу на период предварительного следствия, поскольку, по мнению следователей, она как бывший сотрудник правоохранительных органов и экс-федеральный судья может влиять на ход следствия. Представление об аресте женщины подписывал лично глава СК РФ Александр Бастрыкин.

Также напомним, что Татьяну Зайферт обвиняют в покушении на мошенничество. Между тем сама Зайферт утверждает, что дело против нее сфабриковано только потому, что она в свое время представляла интересы экс-депутата ЗакСа Ольги Литвиненко в семейной тяжбе против собственного отца, ректора Горного института Владимира Литвиненко.

Сама Зайферт сообщила "Росбалту", что у нее основания предполагать, что она вряд ли вернется из СИЗО живой и здоровой.

Кроме того, Зайферт утверждает, что не ей одной уготована такая участь: по ее словам, все штатные или общественные помощники Ольги Литвиненко в ближайшее время могут либо оказаться за решеткой, либо к ним будут применены различные меры физического или психологического воздействия. Так или иначе, на всех шестерых помощников Ольги Литвиненко уже заведены различные уголовные дела. 

 

"Возьми флешку у следователя, напиши сверху "именем Российской Федерации" и не мучайся"

publicpostruzaifert
 
В самое ближайшее время Татьяна Зайферт — бывшая судья Калининского районного суда Санкт-Петербурга — может оказаться за решеткой по обвинению в покушении на мошенничество. Из свидетеля в деле о рейдерском захвате 90-метровой мансарды (два года назад она консультировала одного из претендентов на помещение по составлению договора об аренде) Зайферт неожиданно превратилась в организатора преступной группы, что предполагает срок до 10 лет.
 
publicpostru01
Изменив ей меру пресечения на арест, суд счел, что она "может оказать давление на неустановленных до настоящего времени свидетелей", а также "уничтожить предметы и документы, местонахождение которых к настоящему времени не установлено". Интервью РРost бывшая судья давала в больнице, куда она попала после острого приступа гипертонии. Из-за этого рассмотрение ее апелляции на постановление об аресте было перенесено на 26 июня. Если решение о взятии под стражу будет оставлено в силе, арест бывшей судьи должна будет в течение 5 дней санкционировать квалификационная коллегия судей — то есть лишиться свободы она может уже на следующей неделе.

publicpostru02 

 

Бывший старший дознаватель с 8-летним стажем, Татьяна Зайферт проработала судьей в Калининском районном суде 6 лет, где специализировалась на уголовных делах, и была вынуждена уйти в отставку после того, как ей не продлили полномочия судьи (до 2009 года в российской судебной системе существовал испытательный срок, по окончании которого судья еще раз проходил процедуру утверждения — РР). Не имея достаточного стажа для получения судейской пенсии, Татьяна устроилась работать помощницей депутата Заксобрания Санкт-Петербурга Ольги Литвиненко, которой оказывала юридические услуги, а также представляла ее интересы в судебной тяжбе с ее отцом — ректором Горного института Владимиром Литвиненко, считающимся другом Владимира Путина, — за право воспитывать дочь Ольги Эстер-Марию. Участие в этом деле вызвало гнев Владимира Литвиненко, который, как уверена Зайферт, стоит за ее уголовным преследованием. (Об этом — в питерских СМИ: piter.tvzaks.ru,novayagazeta.spb.ru.)

— Постановление о Вашем аресте уже имеется. Когда Вас могут взять под стражу?

Если мою апелляцию отклоняют, то после этого идет обращение в квалификационную коллегию судей, которая должна рассмотреть его в течение 5 дней. Если коллегия дает согласие (а я подозреваю, что даст), то в этот же день меня под белые ручки — в изолятор.

— Вы так опасны, что Вас нельзя оставить на свободе до суда? Что это за "неустановленные свидетели", на которых Вы, по мнению следствия, можете давить?

Я понимаю, зачем меня хотят отправить за решетку — чтобы заставить сознаться, рассмотреть дело особым порядком и протащить через суд. Есть много способов заставить сознаться. У меня есть семья — Вы видели мою дочку, видели мужа. У дочки могут найти наркотики, у мужа — гранату, например. Мужа уже забирали с улицы на глазах дочки. Подходят два гражданина, заламывают руки, кидают в "Рэндж Ровер" с затемненными стеклами и увозят. Дочка побежала за мной, а они, как потом рассказывал муж, смеялись, видя, как мы мечемся по тротуару. Хорошо, что я сама в милиции работала, поэтому быстро сообразила, что к чему, позвонила следователю и спросила: "Муж у Вас?". Он говорит: "У меня". Мне уже и стекло простреливали в машине.

— А формально в чем Вас обвиняют? Что это за уголовное дело о мошенничестве?

Дело было возбуждено в мае 2010 года в отношении неустановленных лиц, которые обвинялись в мошенничестве. Речь шла о подделке документов о купле-продаже акций предприятия. Ну, предприятие — это громко сказано, никакого предприятия там не было, было разве что помещение — мансарда на Лиговке. Группа лиц (некое ООО "Гювира") завладела этим предпирятием, и потом они стали его продавать. Я была свидетелем по этому делу, поскольку эти лица (из ООО "Гювира") ко мне обращались за консультацией — это было в период, когда я ушла из суда, но еще не устроилась помощницей к Ольге Владимировне. Это была странная консультация, я так и не поняла, что им было от меня надо. Они сказали, что они собственники здания, но в этом здании находятся посторонние лица. Я посоветовала обратиться в милицию с заявлением и даже, кажется, помогла это заявление написать. Потом они попросили порекомендовать им охранное предприятие, чтобы охранять это помещение, и я дала телефон. Позже один из охранников, с которым мы были знакомы, позвонил мне, когда его забрали в милицию, и спросил, что делать. Я посоветовала дождаться адвоката и, в ожидании, сослаться на статью 51 Конституции.

Теперь меня обвиняют в том, что я противодействовала следствию, заставив свидетеля отказаться от дачи показаний, разъяснив ему 51 статью Конституции. Как подозреваемая и обвиняемая я появилась в деле в октябре 2011 года, когда эти лица дали показания, что позвали меня руководить процессом продажи помещения. Хотя никто из покупателей меня не видел, не слышал, не знает. Против меня есть только слова директора этой фирмы — больше против меня ничего нет. Я не понимаю, в чем состав моего преступления.

— В своем открытом письме президенту Вы и другие помощники Ольги Литвиненко утверждаете, что за вашими преследованиями стоит отец Ольги, Владимир Литвиненко. Со стороны вся эта история выглядит как какая-то "Санта-Барбара". Как вы все оказались втянуты в этот внутрисемейный конфликт? Что там на самом деле произошло?

С Ольгой Владимировной у нас были рабочие отношения, но, в принципе, достаточно доверительные. Я проявила, наверное, какой-то непрофессионализм, мне, наверное, не надо было заниматься этой историей, но мне было непонятно, как можно у матери забрать ребенка. Вот у меня кто б дочку отнял — я бы горло перегрызла! Ребенку был год — эту девочку с тех пор никто не видел, уже два года. Так что я в эту историю попала из-за материнского инстинкта. Когда девочке было 8 месяцев — это был май 2010 года — у Оли произошел конфликт с отцом. До этого у меня с ним были хорошие отношения, он даже мне звонил и просил, чтобы Оля давала ему ребенка понянчить. Я спрашивала у Оли: "Почему ты не даешь ребенка?". На что мне Ольга сказала: "Если я отдам ребенка, я ее больше не увижу". Я тогда этого не понимала, он же дедушка, я была на 100 процентов уверена, что он ничего плохого не сделает. Она стала давать ребенка, а потом они, ее родители, этого ребенка у нее отняли без объяснения причин.

— Так а Вы что в это время делали?

Когда они окончательно поссорились, Ольга подала в суд. Я участвовала в нем как ее представитель по доверенности. Меня, кстати, за это лишили статуса судьи в отставке — но это действительно не положено. (Cудья в отставке имеет право заниматься только творческой или преподавательской деятельностью — PP.)

И с этого момента у нас у всех (помощников Ольги) начались проблемы. У некоторых — тех, кто активнее ей помогал, — они начались, правда, еще раньше. Хлусова (одного из помощников депутата Литвиненко) избили весной 2010 года первый раз, сейчас он сидит уже год в тюрьме за мошенничество, еще раньше лично папа (Литвиненко) избил Стаса Дмитриенко (приятель и добровольный помощник Ольги) — выкинул его с парадной лестницы, когда он приехал навестить его дочь. А в декабре 2010 года во дворе его дома Стаса жестоко избили неизвестные, он перенес несколько операций. На Просолова (молодой человек жил у Ольги на даче и выполнял ее поручения) при наличии военного билета возбудили уголовное дело по уклонению от службы в армии. По этому делу его оправдали, но потом появилось новое дело — о мошенничестве, сейчас он скрывается за границей и объявлен в международный розыск (сама Ольга Литвиненко тоже скрывается за границей — РР). Потом у нас у всех провели обыски... У меня был разговор с Литвиненко в мае, он еще тогда сказал: "На Вас еще ничего нет. Но будет". Я тогда сказала: "Ищите". Вот, нашли.

— А как и почему Вы, бывший судья, стали помощником депутата?

Когда я ушла в отставку, у меня не было 20-летнего стажа и мне не было 50 лет, так что я вынуждена была работать. Творческой деятельностью я не могла заниматься — я не творческий человек, так что пришлось работать так.

— А почему Вы ушли в отставку?

Мне не продлили полномочия. Я отработала (судьей) 3 года, и мои документы были отправлены на продление, потом я ждала (ответа) еще 3 года, потом мне надоело ждать, я стала интересоваться своей судьбой. Мне сказали: "Что Вы волнуетесь? Ваши документы в порядке, все курирующие и надзирающие органы дали положительные заключения". Но в конце концов я получила письмо, в котором было сказано, что президент отказал в продлении полномочий. А президент отказывает без объяснения причин.

— Ну, понятно, что дело не в президенте — он вряд ли вообще знал о Вашем существовании. Но кто на самом деле мог быть заинтересован в Вашей отставке?

Не знаю. Но я достаточно жестко общалась с прокуратурой. Качество расследования уголовных дел, поступающих в суд (а я специализировалась на уголовных делах), было недопустимое. Например, поступает дело, где личность гражданина установлена с его слов. Причем он обвиняется по статьям "Изнасилование" и "Разбой". А может, он еще 8 человек изнасиловал под другой фамилией?!?! Соответственно, возникали конфликты с прокуратурой, я возвращала такие дела на доследование, писала частные постановления в их адрес, они пытались каким-то образом до меня докопаться, писали кассационные протесты на каждый мой приговор.

— А у Вас бывали оправдательные приговоры?

Да, и это тоже было проблемой, поскольку мне было также пояснено, что если я хочу работать, я должна вычеркнуть слово "оправдательный" из УПК. Я неправильно, наверное, поступила — с точки зрения профессионала, я вынесла в 2004 году 6 оправдательных приговоров.

— Почему же неправильно?

Надо было растянуть во времени, потому что статистика прокуратуры города Санкт-Петербурга упала ниже допустимой отметки, в связи с чем, конечно, любви ко мне не прибавилось.

— Вы говорите о некоей допустимой отметке. Выходит, есть некое число оправдательных приговоров, которые позволено выносить в год?

"Некоего числа", конечно, нет, но, к сожалению, в нашей жизни большую роль играет статистика. Палочная дисциплина была и в милиции, где я работала до суда, когда удушись — но сдай в месяц 5 уголовных дел! Она, эта палочная система, существует до сих пор, она существует везде — в суде, в милиции, в прокуратуре. И эти мои 6 оправдательных приговоров подкосили статистику прокуратуры. Хотя я до сих пор считаю, что поступила правильно, потому что нельзя невиновного человека осуждать, брать на себя вину и сажать его в тюрьму за то, чего он не делал.

— Был какой-то оправдательный приговор, который Вам особенно запомнился?

Я помню их все. Несмотря на то, что прошло почти 8 лет, и у меня было после этого две черепно-мозговые травмы, я помню их ВСЕ. Потому что это были действительно выстраданные приговоры. Над ними работаешь гораздо больше, чем над обвинительными. Я могу их все описать.

Вот, например, ДТП: едет водитель на грузовике с шаландой (прицеп 14 метров), по средней полосе, со скоростью 40 км/час — домой после смены. По дороге вне зоны пешеходного перехода в броуновском движении двигается пешеход, у которого 3,8 промилле алкоголя в крови — это он уже должен лежать и не двигаться, но наши люди в этом состоянии еще работают. Дальше: по правилам дорожного движения водитель должен ехать прямолинейно, не менять направления движения, затормозить, и — переехал, не переехал пешехода — он не виноват. Естественно, ни один здоровый человек так сделать не может — я сама такая, то есть ты инстинктивно отворачиваешь. Он отвернул, въехал уже на тротуар, но, поскольку гражданин так (хаотически) двигался, он его задел крюком от шаланды, тот упал, ударился головой и умер. За что обвинять этого водителя? Эксперт говорит: "Согласно ПДД — езжай прямолинейно, переезжай этого гражданина, и ты будешь прав". Я не могу переехать живого человека! Тем более, что потом тот же эксперт в суде поменял свой вывод. Я этого человека оправдала, я посчитала, что он не виноват. Приговор этот потом отменили, но он (обвиняемый) помирился с женой погибшего, и дело закрыли.

Было еще дело: ночью убили бомжа. Осмотр проводил участковый без медэксперта. Через месяц — не знаю, почему, загадка природы — возбуждается уголовное дело, начинают искать преступника, делают обходы, но никого не находят. И вдруг через три месяца оперуполномоченный в своей собственной квартире "находит" свидетеля, который говорит: "Я вспомнил, что я видел (того, кто совершил убийство), — это был такой-то". И на основании этих показаний обвиняют конкретного гражданина, и дело приходит в суд. И вот, этот свидетель ко мне приходит в приемное время (у каждого судьи есть определенные приемные часы для встречи с населением — РР) и говорит: "Что мне делать? Меня заставили дать такие-то показания". Я говорю: "Это твоя совесть, ты должен решить для себя, что тебе делать с ней". В результате он пришел в суд и дал показания, что он на самом деле не видел этого человека, а его заставили дать показания.

— А если бы он не пришел к Вам покаяться, а дал бы эти показания в суде? Вы бы ему поверили?

Он же предупреждается об уголовной ответственности за дачу ложных показаний. Какое у меня было бы основание ему не верить?!

— И что, он после этого признания жил в той же квартире с этим опером?

Опера потом посадили. Не за это, за другие дела.

— А приговор Ваш устоял?

Нет, тоже отменили, но к тому времени (обвиняемый) гражданин скончался от сердечного приступа.

— Все Ваши оправдательные приговоры отменяли — или были такие, которые выдерживали вышестоящие инстанции?

Нет, не все отменяли. Был, например, оправдательный приговор, который устоял, и его даже в институте прокуратуры изучали — как пример того, как надо в суде расследовать дела.

История, как всегда, дикая: чеченцы снимали квартиру у девушки — работницы прокуратуры, и ее сожителя. Хозяева — наркоманы, девушку потом выгнали из прокуратуры. И вот, они должны были встретиться с этими чеченцами, чтобы обговорить цену. Чеченцы пришли с водкой, сели в саду, выпили-закусили. Мой подсудимый ушел, а один из тех, кто остался, якобы ее (хозяйку) изнасиловал. Но тот — неизвестный был, а мой подсудимый был известен, потому что именно он снимал квартиру. И девушка написала заявление: "Прошу его задержать, потому что он знает, где находится тот, другой". Его задержали, к нему ворвались, его избили (у него 19 швов было потом), и, хотя девушка давала показания, что это не он, но именно его в итоге обвинили в групповом изнасиловании, и он до суда сидел 2,5 года.

Я сначала изменила ему меру пресечения на залог, за что прокуратура пыталась возбудить против меня уголовное дело о взятке, а потом оправдала — и этот приговор устоял во всех инстанциях. Потому что действительно он этого преступления не совершал.

— И тем не менее многие Ваши оправдательные приговоры отменялись. А когда отменяют приговоры — Вы сами говорите, — это плохо для статистики. Кстати, как эта статистика составляется?

Это ежеквартальные отчеты, в которых указывается, сколько судом рассмотрено дел, сколько вынесено приговоров, сколько из них обвинительных, а сколько оправдательных, сколько приговоров отменено. И считается общегородская статистика — и либо (районный) суд выше общегородской статистики, либо ниже, и, соответственно, либо получаешь преференции, либо тебе говорят, что ты неправильно работаешь.

— А преференции в чем заключаются?

Премии, конечно.

— То есть вот эти Ваши оправдательные приговоры, которые отменяются, ухудшают статистику вашего суда, и весь суд страдает из-за Вас?

Да.

— Коллеги на Вас не обижались, что из-за Вас их премии лишают?

Среди коллег таких разговоров не было, поскольку все понимали, что я решительный человек, остальные просто этого не делают. Все понимают, что если прокуратура получает оправдательный приговор, это говорит о низком качестве их работы — значит, они не смогли в суде поддержать обвинение, значит, это говорит о низком качестве следствия. Они дружат, они давят

— На Вас лично пытались оказывать давление?

Были случаи, когда просили рассмотреть дела определенным образом, и угрозы были, и взятки предлагали.

— А собственное судейское начальство давление оказывает? Многие судьи, с кем я разговаривала, жаловались прежде всего на такое давление.

Когда я пришла в 2002 году (работать судьей), председателем городского суда был господин Полудняков, он работал до 2004 года, а прокурором города был Сидорук Иван Иванович. И Вы знаете, никогда никакого давления от них не было. Как только поменялось руководство — пошли звонки через председателя, либо какие-то приходы. С 2004 стало очень напряженно. А сейчас все исполняется по указанию госпожи Епифановой (председатель городского суда Санкт-Петербурга — РР).

— Это ваша Егорова?

Да, это наша Егорова. Все, что она скажет, — так и делают. Это для меня странно — она же долгое время была замом Полуднякова, она же не какой-то варяг, который пришел со стороны. Не знаю, с чем это связано. Видимо, с желанием удержаться на месте. Система устроена так, что ты либо подчиняешься правилам и работаешь — получаешь судейскую зарплату, имеешь судейское удостоверение, неприкосновенность, либо уходишь.

— Многие судьи пытались этому препятствовать?

Препятствовать пытались те, кто к этому времени уже проработал в системе около 10 лет. Практически никто из них сейчас уже не работает. Может, кто-то остался, но большинство таких система изживает. Они не нужны — не нужно качество работы, не нужна вдумчивость. Мне говорили: "Зачем ты читаешь дела? Возьми флешку у следователя, напиши сверху "именем Российской Федерации" и не мучайся". Но это же жизнь человеческая, это судьба человеческая.

— Да, вот как сейчас Ваша судьба будет зависеть от судей, которые будут рассматривать Ваше дело.

Я бы хотела, чтобы мое дело рассматривали так, как я сама рассматривала дела.

— А есть шанс, что так будет?

Мизерный.

 

"Дело Литвиненко" может довести до тюрьмы экс-судью

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, 18 июня. Бывший федеральный судья Калининского райсуда Санкт-Петербурга, а ныне адвокат Татьяна Зайферт в ближайшие дни может оказаться за решеткой по обвинению в покушении на мошенничество. Между тем сама Зайферт утверждает, что дело против нее сфабриковано только потому, что она в свое время представляла интересы экс-депутата ЗакСа Ольги Литвиненко в семейной тяжбе против собственного отца, ректора Горного института Владимира Литвиненко.  

Как сообщила Татьяна Зайферт "Росбалту", 19 июня в городском суде Петербурга будет рассмотрена ее апелляция по поводу незаконности избранной Следственным комитетом РФ меры пресечения — заключения под стражу. Незадолго до этого суд изменил меру пресечения на период следствия с выпуска под залог в 3 млн рублей на содержание под стражей.  

"Если моя апелляция будет отклонена, а затем — с учетом моего статуса спецсубъекта как судьи в отставке — квалификационная коллегия даст аналогичное согласие, то меня ждет СИЗО, — говорит Татьяна Зайферт. — У меня есть основания предполагать, что из следственного изолятора я вряд ли вернусь живой и здоровой".  

Кроме того, Зайферт утверждает, что не ей одной уготована такая участь: по ее словам, все штатные или общественные помощники Ольги Литвиненко в ближайшее время могут либо оказаться за решеткой, либо к ним будут применены различные меры физического или психологического воздействия. Так или иначе, на всех шестерых помощников Ольги Литвиненко уже заведены различные уголовные дела.  

Подробности можно прочитать здесь


Использование связей для преследования неугодных

Я - Зайферт Т.Е., Хлусов И.И., Прасолов Р.Р., Рябкова М.В., Дмитренко С.В., Курбатов С.В. - все мы являлись штатными или общественными помощниками депутата Законодательного Собрания Санкт-Петербурга Литвиненко Ольги Владимировны и её друзьями. Начиная с 2010 года в отношении каждого из нас совершаются противозаконные, насильственные или противоправные действия, как со стороны неустановленных лиц, так и со стороны правоохранительных органов Санкт-Петербурга и Ленинградской области.
Мы все связываем происходящие противозаконные действия, направленные против нас, с личностью Литвиненко Владимира Стефановича – отца О.В.Литвиненко, ректора Санкт-Петербургского государственного горного института с которым мы все так же знакомы.
Все началось из-за конфликта между Ольгой Литвиненко и её отцом, В.С.Литвиненко, в результате которого Литвиненко В.С. по неизвестной причине отобрал у своей дочери годовалую дочь, которую Ольга воспитывала одна, и не пускал Ольгу к дочке.
С начала конфликта В.С.Литвиненко начал преследовать всех нас различными способами, применяя силовые и административные методы давления, вынуждая не оказывать его дочери помощи, так как все мы помогали ей кто как мог.
Ольга Литвиненко пыталась вернуть дочь мирным путём, обращалась к различным людям, организациям, в том числе и к уполномоченному по правам ребенка в Санкт-Петербурге, но но нежелание В.С.Литвиненко отдать внучку, вынудили её обратиться для решения вопроса в суд Василеостровского района Санкт-Петербурга. 
В наш адрес стали поступали угрозы физической расправы, угрозы привлечения к уголовной, административной и иной ответственности, производились и проводятся противоправные действия со стороны правоохранительных структур, направленные на запугивание, унижение нашего достоинства и на нарушение наших прав.
13 января 2010 г. В.С.Литвиненко столкнул помощника депутата на общественных началах – С.В.Дмитренко (С.В.Дмитренко, тоже юрист, оказывал Ольге Владимировне правовую помощь) с лестницы, когда тот пытался пройти в квартиру к Ольге Литвиненко. В результате Дмитренко упал, получил ушибы и обратился с заявлением в 60 отдел милиции Василеостровского района Санкт-Петербурга. Заявление было зарегистрировано под номером КУСП-206. Спустя несколько дней после этого, неизвестные лица по телефону угрожали физической расправой самому С.В.Дмитренко и членам его семьи, требуя прекратить общение с Ольгой Литвиненко. С момента подачи заявления никто не проводил никакого дознания. Сотрудниками УВД неоднократно принимались решения об отказе в возбуждении уголовного дела, которые по заявлению С.В.Дмитренко опротестовывались и отменялись прокуратурой района, последний раз в феврале 2011 года, однако уголовное дело возбуждено так и не было. После многочисленных обращений С.В.Дмитренко по данному поводу в прокуратуру, на него было совершено нападение 20.12.2010 года во дворе дома по месту его жительства, он несколько дней находился в коме, перенес несколько операций, часть лицевых костей заменена пластинами. По факту нападения, было возбуждено уголовное дело № 376277, однако виновные не найдены. С.В.Дмитренко считает, что целью данного нападения является его запугивание. 

В апреле 2010 года было совершено нападение на помощника Литвиненко О.В. Хлусова И.И., он был избит, и в результате госпитализирован в Военно-Медицинскую Академию, где находился на лечении в отделении нейрохирургии длительный срок. В милицию было направлено соответствующее заявление, зарегистрированное под номером КУСП-2423 от 05.05.2010 , однако в возбуждении уголовного дела отказано, и никто никого не ищет. Хлусов так же считает, что причастен к этому Литвиненко В.С. так как от него неоднократно поступали угрозы.
18.02.2010 года, когда я и Ольга Литвиненко находились на работе в ЗАКСе, на ее телефон поступило СМС с угрозами убийства, Ольга Литвиненко обратилась с заявлением в ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области о привлечении неизвестных лиц, приславших СМС, к уголовной ответственности, а так же с просьбой обеспечить мою безопасность, так как в СМС были высказывания и в мой адрес, как мы поняли. Ее заявление было перенаправлено в УВД Василеостровского района, но до настоящего момента результата нет.
В отношении помощника Р.Р.Прасолова, который помогал Ольге Литвиненко с маленьким ребенком, следователем СКП Приморского района Санкт-Петербурга В.В.Милицыным 16.06.2010 г. по сообщению гражданина, которого следствие так и не нашло, было возбуждено уголовное дело № 119702 по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 328 УК РФ – уклонение от службы в армии. В ходе «расследования» дела, Прасолова каждый день вызывали в СК, запугивали, что посадят в камеру, где ему будет очень плохо, довели до больницы, куда он попал с сердечным приступом. После многочисленных обращений в прокуратуру, в Федеральный суд, постановление было отменено и в возбуждении уголовного дела было отказано в связи с отсутствием в действиях Р.Р.Прасолова состава преступления. Однако, даже после этого, Р.Р.Прасолова продолжали преследовать лица, представляющиеся сотрудниками милиции то Василеостровского, то Приморского районов, караулить его у дома, запугивать. Ольга Литвиненко написала запрос в милицию, в соответствии с ответами УВД Василеостровского района от 21.02.2011 г., и ответа УВД Приморского района от 28.01.2011 г., установлено, что сотрудники милиции в отношении Р.Р.Прасолова никаких розыскных действий не осуществляли. Кто это был – не ясно. В настоящее время, после обращения Прасолова в суд за реабилитацией, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела отменено, дело вновь возбуждено, Прасолов объявлен в международный розыск как скрывшийся, так как, опасаясь за свою жизнь, поскольку Литвиненко В.С. ему неоднократно угрожал, он уехал за границу.

14.03.2011 года, перед началом судебного заседания в Василеостровском районном суде по делу о незаконном удержании В.С.Литвиненко малолетней дочери О.В.Литвиненко и отказа вернуть её матери, у зала судебных заседаний Ольгу Литвиненко и меня стали фотографировать два мужчины. Заметив это, Литвиненко стала требовать вызова судебных приставов, фотографы из здания суда скрылись. Все это видели и снимали корреспондент и оператор 1-го телеканала программы «Человек и закон», которые так же были у зала судебных заседаний. После выхода из здания суда фотографирование продолжилось из автомашины «Хонда» гос. рег. номер О35ОА47. Как мы узнали, автомобиль принадлежит директору охранного предприятия «Северо-Запад» Л.А.Кумачному, учредителем которого является В.В.Пагольский, друг В.С.Литвиненко. 
Накануне очередного заседания суда по конфликту между Ольгой Литвиненко и В.С.Литвиненко, в квартире у моей матери было обнаружено и изъято органами полиции подслушивающее устройство, а у моей квартиры на лестничной площадке, было обнаружено оборудование видеонаблюдения. Помимо этого в квартире матери была совершена кража денег. При этом у дома моей матери видели такой же автомобиль, из которого производилось мое фотографирование. В СУ УВД Кировского района возбуждено уголовное дело № 377021 по факту кражи денег, в рамках которого якобы проводилась экспертиза устройства. Я 18.03.2011 года обратилась в СК РФ по Кировскому району Санкт-Петербурга с заявлением о возбуждении уголовного дела по фактам вмешательства в мою личную жизнь и незаконному сбору информации со стороны неустановленных лиц. Однако из СК заявление было почему-то направлено участковому инспектору 65 отдела милиции Кировского района, потом возвращено обратно и, после того как я обратилась с жалобой в прокуратуру Кировского района СПб, заявление было зарегистрировано в СК за № 1228ск2011, но в возбуждении уголовного дела 21.10.2011 г. отказано. 
24.03.2011 года, после моей встречи с адвокатом Савиновой С.Г., представляющим интересы В.С.Литвиненко, в кафе «Театро», ко мне подошел оперуполномоченный ГУ МВД по СЗФО, предъявивший удостоверение подполковника милиции, который вручил мне повестку о явке в ГСУ при ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области, для допроса в качестве свидетеля, с датой явки на 28.03.2011 года (дата судебного заседания). На вопросы, каким образом он нашел меня в этом месте, как узнал, что это именно я, оперуполномоченный ответил, что ему сообщили о моем месте нахождении, а с целью опознания показали Форму-1 из паспортного стола. Во врученной повестке отсутствовал номер уголовного дела, указано только было, что я являюсь свидетелем, а свидетелем чего оперуполномоченный пояснить не смог. Не смог этого пояснить и старший следователь ГСУ С.Б.Сахаров, подписавший эту повестку. С.Б.Сахаров пояснил, что номер дела ему неизвестен, о чем дело – так же неизвестно, он только знает о чем ему надо спросить меня. 
Между заседаниями Василеостровского суда по делу Ольги Литвиненко, 24.02.2011 года обыск был произведен в квартире А.Г.Лебедевой, бывшего помощника Ольги Литвиненко, в этот же день - 24.02.2011 года обыск был проведен в квартире помощника Р.Р.Прасолова. 28.03.2011 г. - в день судебного заседания Василеостровского суда по делу Ольги Литвиненко, в квартире у помощника М.В.Рябковой по уголовному делу № 285717, в ее отсутствие был произведен обыск, в результате которого у нее пропали денежные средства, была повреждена входная дверь в квартиру, уничтожены вещи, по факту кражи было подано заявление в 36 отдел полиции Выборгского района Санкт-Петербурга КУСП № 1827 от 29.03.2011г., однако по заявлению не выносится решение. Постановлением Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 11.05.2011 г. обыск у помощника Рябковой М.В. признан незаконным. В действиях лиц, проводивших обыск, усмотрены противоправные деяния, материал проверки направлен в СК по Санкт-Петербургу и ЛО, где «утерян».
29.04.2011 года, обыск был произведен и у С.В.Дмитренко, якобы, как у свидетеля по неизвестному ему уголовному делу № 285717. Во время обыска сотрудниками ГСУ при ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области, в качестве устрашения свидетеля привлекли ОМОН, бойцами которого были нанесены телесные повреждения жене С.В Дмитренко, О.В.Киневой, напуган малолетний ребенок Дмитренко. Это документально зафиксировано в травмпункте и впоследствии, отражено в её жалобе от 05.05.20011 года в Прокуратуру Санкт-Петербурга на действия сотрудников полиции. В ответ на эту жалобу, 03.06.2011 года Прокуратура ответила письмом с исх. № 16/3-1304-2011, о том, что выявила нарушения уголовно-процессуального законодательства лицами, проводившими обыск и направило в ГСУ при ГУ МВД РФ про Санкт-Петербургу и Ленинградской области письмо о проведении служебной проверки. Результата нет.
29.04.2011 года обыск был произведен и у меня по месту хранения моих документов по уголовному делу № 273655. Проходил он практически по тому же сценарию, что и у остальных. Что искали – не ясно, изъяли бланки депутата Литвиненко О.В..
29.06.2011 г. возбуждено уголовное дела № 300544 по признакам преступления, предусмотренного ст. 127 УК РФ (находится в производстве СК по СПб) по факту незаконного удержания Литвиненко О.В. неизвестными лицами в неизвестном месте. Все жалобы Литвиненко О.В., в том числе и в суд о незаконности возбуждения данного дела, так как ее никто нигде не удерживает, остались без удовлетворения. Цель возбуждения уголовного дела – арест ее имущества. Литвиненко О.В. неоднократно жаловалась на возбуждение этого дела в суд, прокуратуру, результата нет. Писала следователю, встречала следователя лично, но тем не менее он считает, что она похищена.
В июне месяце 2011 г. мы направили коллективное обращение к Президенту РФ, премьер-министру, министру юстиции, генеральному прокурору по всем этим фактам, так как Литвиненко В.С. для решения своих семейных дел использует всю мощь своего административного ресурса, на него работают как полиция, так и прокуратура и следственный комитет.
В.С.Литвиненко неоднократно прилюдно заявлял, что решает в этом городе все вопросы, что в суде Ольге Владимировне «ничего не светит», что В.Н.Епифанову, Председателя городского суда Санкт-Петербурга, он знает лично, как и начальника ГУВД, начальника Управления ФСБ, Прокурора города и личный состав прокуратуры СЗФО, что все мы «будем сидеть в тюрьме, так как не выполняем его требований». 
В апреле 2011 г. за участие в качестве представителя в гражданских делах Литвиненко О.В. меня лишили статуса судьи в отставке.
Осенью 2011 г. было возбуждено уголовное дело в отношении Хлусова И.И. и сейчас он уже почти год находится в изоляторе, где его избивали, требуя признательных показаний, а так же дать показания на всех нас.
Осенью 2011 г. было возбуждено уголовное дело № 289741 по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 318 УК РФ (нападение на полицейского) в отношении О.В. Рябковой М.В., расследовалось СК по Выборгскому району СПб, в настоящее время слушается в суде Выборгского района Санкт-Петербурга. Рябкова, весом в 50 кг. Напала на полицейского 190 см. ростом и около 100 кг. Весом, ударила его по коленке и все это происходило в реанимационном отделении больницы, где лежал ее муж – Хлусов И.И. и откуда его забрали сотрудники полиции. Суд Выборгского района СПб уже почти год слушает это дело.
В сентябре 2011 г. на улице к моему мужу, в присутствии моей дочери, подошли два мужчины, схватили его за руки и втолкнули в черный джип и уехали. Дочь прибежала ко мне на работу, мы побежали на улицу, но машины уже не было. Я стала звонить в полицию, оказалось, что мой муж был доставлен в следственный комитет. Следователь Яшков Ю.Г. сообщил, что будет проведено какое-то опознание. После приезда адвоката мужа отпустили.
В октябре 2011 г. я была привлечена в качестве обвиняемой по уголовному делу по ч.4 ст. 159 УК РФ. В феврале 2012 г. было направлено в суд ходатайство об избрании мне меры пресечения в виде заключения под стражу. Основанием указано, что я разъясняла свидетелю по телефону статью 51 Конституции РФ, чем противодействовала следствию до возбуждения уголовного дела, что я бывшая судья и сотрудник милиции, в связи с чем так же могу противодействовать следствию, могу оказать воздействие на неустановленного следствием свидетеля. Судом было отказано, избран залог в сумме 3 000 000 руб., СК по СПб обжаловал это решение, теперь мне избрана мера - стража.
В декабре 2011 г. в моей машине было прострелено стекло из травматического оружия, я обратилась по данному факту в полицию, материал зарегистрирован в отделе полиции за номером КУСП – результат не известен.
В марте 2012 г. возбуждено уголовное дело по которому обвиняемым привлекают еще одного помощника – подполковника милиции в отставке, инвалида вследствие военной травмы Курбатова С.В., который из-за этого попал в больницу.
Из-за оказываемого на меня психологического давления я с гипертоническим кризом была в сентябре 2011 г. госпитализирована, после этого я вынуждена неоднократно проходить лечение у кардиолога, так как здоровье ухудшилось, яуже неоднократно пережила гипертонический криз – то есть ждут моей смерти.
И все это из-за того, что Литвиненко позиционирует себя как «друг Путина». Может Путин об этом и не знает? А если знает, значит такие «друзья» руководят страной?

19.06.2012 23:39
 

Рейдерство с детским уклоном

19.06.2012

Драма семьи ректора Горного университета Владимира Литвиненко грозит сроком бывшей судье


Бывшая судья Калининского районного суда Татьяна Зайферт рискует в ближайшие дни оказаться в тюрьме из-за обвинения в мошенничестве. По утверждению самой Татьяны Евгеньевны, основанием для возбуждения против нее дела стали вовсе не ее преступные деяния, а участие в тяжбе между ректором Горного института Владимиром Литвиненко и его дочерью, экс-депутатом Заксобрания Ольгой Литвиненко, на стороне последней. «Против всех шести бывших помощников Ольги Владимировны, которые пытались помочь ей вернуть ее малолетнюю дочь Эстер-Марию, возбуждено шесть не связанных друг с другом уголовных дел», — говорит Татьяна Зайферт. 
novayagazetaspbru201244

Видит насквозь 
   Постановление о привлечении в качестве обвиняемой Татьяне Зайферт подписал сам глава Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин — т. к. на момент якобы совершенного ею преступления она как бывшая судья имела статус спецсубъекта. Зайферт обвиняется в мошенничестве, которое «не завершено по не зависящим от нее обстоятельствам». Более того, Бастрыкин буквально влез в голову Татьяне Евгеньевне и проник в самые потаенные и темные уголки ее сознания: «Осознавая, что успешная реализация преступного умысла возможна только при создании преступной структуры с высокой степенью организованности, сплоченности и устойчивости, с единством организационных и психологических устремлений лиц, входящих в такую структуру, с четким распределением между ними обязанностей и с подчинением единому руководителю, Зайферт Т. В. приняла на себя роль лидера организованной преступной группы и разработала план совершения преступления», — пишет глава СК в постановлении. 
   Суть мошенничества заключалась в том, чтобы завладеть помещением на Лиговке (мансарда в 90 квадратных метров), которое, как следует из уголовного дела, стоит «не меньше 1 млн рублей», а на самом деле гораздо больше. Помещение принадлежит ЗАО «Итус-тур», владелица которого умерла в 2004 году. Ее наследники не торопились вступить в свои права, чем решили воспользоваться мошенники, подделав документы о переводе акций погибшей на себя. 
   Обвиняемыми по делу выступают Михаил Кириенко и Дмитрий Горак, фирма которых размещалась по соседству с «Итус-туром», благодаря чему они и узнали о бесхозности помещения, а также Юрий Глинский, нанятый ими в качестве зиц-директора «Итус-тура». Каким же боком удалось привлечь к этому делу бывшую судью? 
   По единодушным показаниям Кириенко, Горака и Глинского, они обратились к Татьяне Зайферт, чтобы та возглавила их преступную группу, и предложили за это ни много ни мало 5 млн рублей (притом что продать помещение собирались за 8 млн). 
   Вклад Зайферт должен был состоять в защите всего предприятия от возможных угроз со стороны правоохранительных органов и реальных владельцев помещения. Якобы она проводила юридическое сопровождение дела и наняла охрану, чтобы предотвратить доступ туда настоящих наследников. 
   —Кириенко действительно обратился ко мне в 2010 году с просьбой проверить юридическое обоснование для планировавшегося им выселения арендаторов из принадлежащего ему помещения. Он называл себя владельцем «Итус-тура» и хотел расторгнуть договор с обосновавшейся в мансарде фирмой, — рассказывает Татьяна Зайферт. — С просьбами о юридической консультации ко мне обращаются минимум по три раза в неделю, поэтому подвоха не заподозрила. Я оказала Кириенко несколько незначительных услуг: посмотрела ксерокопии документов о праве собственности (подделки по копиям я не распознала, это компетенция специалистов другого профиля), поприсутствовала при вялых переговорах об аренде между Кириенко и его контрагентами, а потом по его просьбе порекомендовала несколько охранных фирм. Все это не потребовало от меня значительных усилий. 
   —Вы оформляли эту помощь юридически? 
   —Нет, на тот момент у меня не было адвокатского статуса. Кроме того, денег с Кириенко я не брала. 
   —Разве такие услуги, как участие в переговорах, оказываются бесплатно? 
   —Зачастую да. Это помогает создать репутацию, способствует, так сказать, саморекламе, она, в свою очередь, помогает налаживать полезные контакты. 
   По версии Татьяны Зайферт, этим ее «участие» в рейдерском захвате и ограничилось. Примерно через полгода было возбуждено дело, ее вызывали к следователю в качестве свидетеля. Дело было приостановлено из-за невозможности установить виновных лиц… 
   —Истинные владельцы помещения к тому моменту уже вступили в права собственности и интереса к продолжению дела не проявляли», — поясняет экс-судья. 
   А еще через полгода, весной 2011-го, Татьяна Зайферт представляла по доверенности Ольгу Ливиненко на суде против ее отца, Владимира Литвиненко. Этот процесс, целью которого была опека над годовалой дочерью Ольги, Эстер-Марией, получил широкое освещение в прессе: Ольга оставила младенца на даче отца, когда ее повезли в роддом — рожать второго ребенка. А потом не смогла получить доступ к дочери. 
   — Сейчас Ольга вышла замуж и живет в Польше, — рассказывает Татьяна Зайферт. — При этом в России она считается жертвой похищения и находится в розыске. Более того, следователь из России даже прилетал в Польшу, чтобы по делу о ее похищении взять показания у ее мужа. Когда Ольга Владимировна лично встретила этого следователя в аэропорту, тот отказался с ней разговаривать под телекамеры, взял, как собирался, показания у мужа и улетел обратно… Я работала дознавателем в милиции, затем шесть лет судьей — за все это время не нашли ничего, к чему можно было бы придраться, всплыло только слабо связанное со мной мошенничество, к которому меня и попытались привлечь, заново открыв дело. 
   При этом все, кто участвовал в деле на стороне Ольги Литвиненко, подвергаются уголовному преследованию. Например, в отношении Марии Рябковой уже год слушается дело в Выборгском районном суде по обвинению в нападении на сотрудника полиции — боксера, а Руслан Прасолов числится в международном розыске якобы из-за уклонения от службы в армии при наличии военного билета. 

Нет мер? Будут меры! 
   В феврале 2012-го Татьяне Зайферт предъявили постановление о привлечении в качестве обвиняемой. С тех пор решается вопрос о мере пресечения. Депутат Законодательного собрания Борис Вишневский был готов лично поручиться за Татьяну Евгеньевну. Однако бывшие коллеги определили отпустить ее под залог в 3 млн рублей, которые нужно было достать за 72 часа. 
   —Конечно, у меня нет таких денег. Спасибо знакомым, выручили, — говорит обвиняемая. 
   Следствие же ходатайствовало о заключении 50-летней женщины с целым букетом хронических болезней под стражу. Основанием для этого было, например, то, что у Татьяны Евгеньевны якобы есть недвижимость в Финляндии и загранпаспорт — следовательно, она может сбежать за границу. Однако никаких доказательств наличия у бывшей судьи собственности за границей следствие не предоставило (Татьяна Евгеньевна, в свою очередь, утверждает, что у нее, кроме половины квартиры в Петербурге, никакой иной недвижимости нет). Более того, свой загранпаспорт Зайферт лично сдала следователю, предварительно даже вырвав из него страницу с финской визой — во избежание. 
   Не меньше впечатляют и иные «основания», по которым следователи хотели «закрыть» обвиняемую. Например, то, что она работала судьей, а до этого — дознавателем в милиции. В определении городского суда от 9 февраля 2012 г. этому дана такая оценка: «Сама по себе работа Зайферт Т. Е. в правоохранительных органах и судьей, наличие обширных связей еще не дают оснований полагать, что она может использовать их в целях оказания давления на свидетелей и обвиняемых. Имеющиеся в материалах дела заявления Глинского Ю. А. и Горака Д. В. о наличии у них опасений со стороны Зайферт Т. Е. конкретными данными не подтверждены, меры безопасности следователем в отношении них не приняты». 
   Эти доводы отнюдь не заставили следователей отступиться — напротив, по мнению Татьяны Зайферт, они восприняли их как руководство к действию. 
   СК обжаловал определение о залоге; 2 мая коллегия горсуда отменила ранее принятое решение, а 29 мая на новом рассмотрении меры пресечения следователи представили протокол дополнительного допроса обвиняемого Глинского от 22 мая, где он рассказывал, как Михаил Кириенко угрожал ему от лица Зайферт. Мол, подошел на улице, обещал 100 тысяч рублей за изменение показаний, а в случае отказа — проблемы от лица всесильной Зайферт. 
   Представляете себе идиота, который ровно за неделю до суда по своей мере пресечения будет угрожать фигуранту дела, по которому проходит? Неужели нельзя это было сделать раньше — в течение тех двух лет, что длится следствие? 
   Якобы полученные им угрозы Глинский воспринял реально, в результате чего Кириенко вскоре был арестован, а в отношении Глинского «применены меры безопасности». Судя по представленной в суд справке, эти меры предприняло ГУВД Петербурга; какие именно — не сказано, что, как пишет Зайферт в своей апелляционной жалобе, «свидетельствует о том, что реально такие меры не применены». 
   Татьяна Евгеньевна трижды проходила полиграф — детектор лжи установил, что Зайферт говорит правду, когда утверждает, что не участвовала в мошенничестве и не пыталась оказывать давление на кого-либо из свидетелей или обвиняемых. Между тем суд в своем определении этого факта просто не заметил, постановив заключить Зайферт под стражу. Однако до сих пор Татьяна Евгеньевна остается на свободе, потому что ею подана апелляция, а решение об аресте спецсубъекта — судьи может быть принято только после согласования с квалификационной коллегией судей. 
   —Моя апелляция рассматривается 19 июня; если она будет отклонена, в течение пяти дней квалификационная коллегия даст аналогичное согласие — мне не избежать СИЗО на Арсенальной улице, — поясняет Татьяна Зайферт. Там следствие, скорее всего, попытается добиться от меня признательных показаний, чтобы рассматривать дело в особом порядке, т. е. без судебного следствия. Это им необходимо, т. к. дело спецсубъекта в первой инстанции слушается обычно в Верховном суде. Возможность повлиять на судей Верховного суда маловероятна, и дело может развалиться. Если же признания не будет — не исключена возможность, что из СИЗО живой я уже не выйду. Дело в том, что из всех шестерых помощников экс-депутата Ольги Литвиненко я единственная, кому удалось так долго противостоять незаконному преследованию. Что явно не входит в расчеты заказчиков.

Анджей БЕЛОВРАНИН
Карикатура: cartoonbank.ru

Также о данных проблемах пишут:
http://gulagu.net/news/354.html
http://russianpublic.ru/emergency/delo-litvinenko-mozhet-dovesti-do-tyurmy-eks-sudyu.html
http://corp-edinenie.ru/?p=95715

 

 

Адвокат, экономист и даже няня – все пойдут в тюрьму

18.06.2012

Сразу несколько петербуржцев из разных слоев общества заявили Piter.tv, что стали объектом преследования одной могущественной фигуры. Всех этих людей объединяет одно – они работали на Ольгу Литвиненко, бывшего депутата петербургского парламента.

Одна из жертв уже завтра может оказаться под арестом – Татьяна Зайферт, бывший федеральный судья Калининского райсуда Петербурга, обвиняется в рейдерстве, но утверждает, что ее дело сфабриковано под нажимом высокопоставленных лиц.

Она называет Piter.tv фамилии шести человек, в отношении которых возбуждены уголовные дела или они проходят свидетелями по делам, к которым, по их словам, они не имеют отношения.

vodeocoretv01

Все перечисленные Татьяной Зайферт граждане ранее работали на депутата Ольгу Литвиненко, которая сейчас находится в Польше.

Ольга Литвиненко стала известна в Петербурге после публичного скандала, в ходе которого она неоднократно заявляла, что ее окружение и она сама стали объектом преследования ее отца, ректора Горного института Владимира Литвиненко, богатого и влиятельного чиновника. Семейный конфликт стоил Ольге дочери – ее в возрасте одного года после продолжительных судебных баталий отобрали у матери и теперь ее воспитывает дедушка. А лица, помогавшие Ольге в судебных тяжбах с отцом, преследуются силовиками.

Татьяна Зайферт утверждает, что обвинения в отношении нее бездоказательны, а, по ее мнению, чтобы получить ее признание, завтра, 19 июня, она будет арестована и уже в тюрьме подвергнута физическому давлению.

videocore02

Показательно, что вопрос о возбуждении уголовного дела в отношении нее решался лично председателем Следственного комитета России Александром Бастрыкиным.

videocore03

Другая жертва высокопоставленных чиновников – экономист Мария Рябкова, также бывший помощникОльги Литвиненко. Эту хрупкую женщину обвиняют в избиении двух офицеров полиции. Мария говорит, что оснований для возбуждения дела нет, потому что у полицейских нет даже легких телесных повреждений, а сами они являются сильными спортивными мужчинами, однако дело в отношении Рябковой всерьез рассматривается судом уже полгода.

Еще одному персонажу, Станиславу Дмитренко, помощнику Ольги Литвиненко, досталось больше, чем прочим ее подчиненным – его жестоко избили неизвестные лица, сделав инвалидом. Кроме того, у него в квартире также проводились обыски, причем обвинили Дмитренко в похищении своего руководителя, Ольги Литвиненко. По версии следствия, Дмитренко похитил Литвиненко, которая, напомним, сейчас скрывается от родительского гнева в Польше – она живет там с мужем и младшим ребенком.

videocore04

Мы демонстрируем видео, снятое западными журналистами в аэропорту Варшавы – на видео зафиксирован визит следователя ГСУ в Польшу, где он должен был собрать доказательства похищенияОльги Литвиненко. Она сама вышла к следователю и потребовала себя допросить, чтобы закрыть абсурдное дело о похищении, но следователь отказался с ней разговаривать и улетел обратно в Москву.

Кроме перечисленных лиц, уголовным преследованиям подвергаются еще три помощника и другаОльги Литвиненко, включая даже няню - инвалида и ветерана труда Наталью Жукову.

По некоторым предположениям, цель всех этих операций — давление на знакомых Ольги Литвиненко, чтобы оставить ее в одиночестве и лишить профессиональной поддержки.

Сейчас все граждане, считающие себя жертвами необоснованных преследований, пишут жалобы высшим должностным лицам страны в надежде на справедливость и защиту. Мы сообщим, чем закончатся истории этих людей.

Что касается комментариев Владимира Литвиненко, то их оказалось невозможно получить по независящим от редакции обстоятельствам. 

 

Midas Touch in St. Petersburg: Friends of Putin Glow Brightly

mytimes20120302
Clockwise from top left: Segey Guneev/RIA Novosti; Dmitry Dukhanin/Kommersant; Alexey Danichev/RIA Novosti; Dmitry Kostyukov for The New York Times

Clockwise from top left, Yuri V. Kovalchuk, Arkady Rotenberg, Gennady N. Timchenko and Vladimir Litvinenko are rich men who have a connection to Prime Minister Vladimir V. Putin of Russia.

 

ST. PETERSBURG, Russia — Arkady R. Rotenberg, a former judo coach, is now a billionaire industrialist, having made a fortune selling pipe to the state-owned gas monopoly, Gazprom.

ST. PETERSBURG, Russia — Arkady R. Rotenberg, a former judo coach, is now a billionaire industrialist, having made a fortune selling pipe to the state-owned gas monopoly, Gazprom.

mytimes201203022
Dmitry Kostyukov for The New York Times

Vladimir Litvinenko, the rector of one of St. Petersburg’s prestigious universities, helped Vladimir V. Putin prepare his graduate dissertation on natural resources. Mr. Litvinenko later profited from a phosphate mine in the Arctic.

Yuri V. Kovalchuk owned a minority stake in a small bank in St. Petersburg that in recent years won control of a number of Gazprom subsidiaries. He is now worth $1.5 billion.

Gennady N. Timchenko, once the little-known sales manager of a local oil refinery, is now one of the world’s richest men, co-owner of a commodity trading company that moves about $70 billion of crude oil a year, much of it through major contracts with Rosneft, the Russian national oil company.

What these men share, besides staggering wealth and roots in St. Petersburg, is a connection to Prime MinisterVladimir V. Putin, who is poised to win a new six-year term as president in elections on Sunday. The three billionaires are members of a close circle of friends, relatives, associates, colleagues from the security services and longtime advisers who have grown fabulously wealthy during Mr. Putin’s 12 years as Russia’s paramount leader.

Critics say these relationships are evidence of deeply entrenched corruption, which they view as essentially government-sanctioned theft invariably connected to Russia’s abundant natural resources: gas, oil, minerals. This has become a persistent grievance of demonstrators who have staged four large street protests since December and are promising more after the election.

“The basic point is that these guys have benefited and made their fortunes through deals which involved state-controlled companies, which were operating under the direct control of government and the president,” said Vladimir S. Milov, a former deputy energy minister and now political opposition leader who has written several reports alleging corruption. “Certain personal close friends of Putin who were people of relatively moderate means before Putin came to power all of a sudden turned out to be billionaires.”

Mr. Putin has repeatedly denied any involvement in the enrichment of these and other acquaintances, and he has forcefully dismissed assertions made by his political opponents that he himself is a secret beneficiary of these enterprises and has amassed tens of billions of dollars in bank accounts outside Russia.

Mr. Putin’s spokesman has also denied any connection to a sprawling resort complex that some of Mr. Putin’s St. Petersburg acquaintances were said to be building for him as a “palace” on the Black Sea at a cost of as much as $1 billion.

One of Mr. Putin’s former associates from St. Petersburg, Sergei Kolesnikov, recently fled Russia with a trove of documents that appear to support the connection to the resort. In meetings with Russian and Western journalists, Mr. Kolesnikov has described other business dealings in which money was funneled, often as loans, to businesses controlled by Mr. Putin’s friends or relatives.

The denials from Mr. Putin’s acquaintances are just as steadfast. Mr. Timchenko partly won a lawsuit against Mr. Milov in which he insisted that he was not a “friend” of Mr. Putin’s. In a statement this week, a spokesman for Mr. Timchenko, Anton Kurevin, acknowledged that Mr. Putin and Mr. Timchenko met in the early 1990s in St. Petersburg, but said that Mr. Putin had no connection to Mr. Timchenko’s business. Instead, they still have ties to a judo club where Mr. Putin sparred as a young man with Mr. Rotenberg.

“As has been stated on numerous previous occasions, it is true that Mr. Timchenko does know Mr. Putin,” Mr. Kurevin said. “However, the relationship is one of casual acquaintanceship and not close friendship.”

Mr. Rotenberg declined to respond to written questions. Mr. Kovalchuk, reached through a publicity agent representing his bank, by Thursday evening also had not replied to a written request for comment.

Legalities aside, these relationships are fixed in the public mind and widely reported by the Russian news media, so how Mr. Putin handles them could prove critical both to his near-term political survival and his legacy.

“Did they just come and say, ‘Hello, we are your friends’? I don’t know, I was not present at these conversations,” said Yevgeny G. Yasin, a former minister of economy and now professor at the Higher School of Economics in Moscow. “But facts are facts. They were close, they had warm relations. And now they are wealthy.”

The dealings of Mr. Putin and his acquaintances are likely to come under even more scrutiny as the opposition grows bolder in clamoring for government reforms. Raising the stakes further, a new land rush of privatization in Russia is about to begin. To balance its budget, the government intends to transfer $50 billion in assets to the private sector over the next five years. If those assets end up in the same wealthy, well-connected hands, Mr. Putin could find himself struggling to maintain the legitimacy needed to serve out his term.

At the same time, Mr. Putin will be under pressure to repay the loyalty of his associates, who might reasonably want assurances that they will not face prosecution or exile, as has happened in the past to a half-dozen or so members of the first generation of so-called oligarchs in post-Soviet Russia. “The future for them without Putin is quite a bit more questionable and less promising,” said Mikhail Dmitriev, an economist at the Center for Strategic Research in Moscow.

On paper, Mr. Putin shows no connection to big riches. In a disclosure required by the electoral authorities, he declared an average annual income of about $153,000 over the last four years from a salary, military pension, investments and bank interest. His wife earned about $1,200 a year on bank deposits. He also declared owning a third of an acre of land near Moscow, an 800-square-foot apartment and a garage in St. Petersburg, as well as three vehicles — two 1960s antiques and a 2009 Lada — and a tow-hitch trailer. Mr. Putin and his wife declared slightly less than $500,000 in bank savings.

That contrasts starkly with at least a dozen acquaintances of Mr. Putin, many dating to his early career and social life in St. Petersburg, whose wealth until recently was largely in the shadows. But much is now public, owing to disclosure rules on Western stock exchanges, due diligence by foreign companies, lawsuits and a newfound aggressiveness in the Russian opposition news media.

Rosneft now sells a significant portion of its oil through Mr. Timchenko’s privately held, Netherlands-based trading company, called Gunvor. The company acknowledges controlling about a fifth of Russia’s crude oil exports, meaning the proceeds from roughly 5 percent of Russia’s total economic output are channeled through Mr. Timchenko’s trading operation.

Shares in Rosneft itself are scheduled to be sold later this year as part of the new privatization wave.

In cables released by the antisecrecy group WikiLeaks, American diplomats described Gunvor as of “special note” in a broader system of opaque dealings during the oil boom. The company, a 2009 cable said, is “rumored to be one of Putin’s sources of undisclosed wealth.”

In a statement, Gunvor rebutted the assertion in the diplomatic cable, saying that Mr. Putin “is not a beneficiary of this company or its activities.” The statement noted that the oil business soared worldwide during Mr. Putin’s time in office, and that Gunvor’s success was part of the wider boom.

Mr. Kovalchuk, the chairman of the formerly tiny St. Petersburg bank that now controls Gazprom subsidiaries, including the energy behemoth’s pension fund, was a neighbor of Mr. Putin’s at his lakeside summer home outside St. Petersburg.

In a 2010 annual report, the bank, Bank Rossiya, listed Mr. Kovalchuk as owner of just over 30 percent of the shares, worth about $1.5 billion. Mr. Timchenko also owns a stake in Bank Rossiya, and some of Mr. Putin’s relatives work for the Gazprom spinoffs. According to Mr. Kolesnikov, Bank Rossiya is at the center of the financing for the Black Sea palace.

A spokesman for Mr. Timchenko said his main connection to Mr. Putin was through a judo club in St. Petersburg, called Yavara-Neva, where as a young man the future president sparred with Mr. Rotenberg and his brother Boris Rotenberg.

Today, the Rotenbergs hold interests in a contractor selling pipe to Gazprom, as well as vodka distilleries, a developer of malls outside Moscow, mines and ports. In 2010, Russia’s antimonopoly agency reported Gazprom bought 93 percent of its pipe from Arkady Rotenberg’s company, North European Pipe Project.

Last year Forbes magazine estimated his net worth at $1.1 billion and his brother’s at $550 million.

The lines between legitimate and illegitimate businesses are often fuzzy in Russia. In some cases, critics say that Mr. Putin’s associates completed deals without the required competitive bidding, and in others obtained properties at hugely discounted prices. But it was not clear that any laws were violated.

Early in his career, Mr. Putin was philosophically opposed to transferring control of natural resources to private hands; with the help of the rector of one of St. Petersburg’s prestigious universities, the Mining Institute, he prepared a graduate dissertation that proposed increasing state control. And in his first years in power, he pursued that approach, retaking Yukos Oil, for instance, which was mostly absorbed into Rosneft.

The rector, Vladimir V. Litvinenko, said this approach was needed after the mismanaged privatizations of the 1990s, but no longer, and that Mr. Putin now believed in the efficiency and benefits of private ownership.

Mr. Litvinenko has enjoyed some of those benefits himself.

A phosphate mine in the Arctic that had been partly owned by Mikhail B. Khodorkovsky, the now-jailed Yukos owner, later became the core asset of Phosagro, a company that went public on the London Stock Exchange last July.

In a prospectus, Mr. Litvinenko is listed among its new owners, holding 5 percent of the shares, worth about $260 million. Mr. Litvinenko, who today is heading Mr. Putin’s election campaign in St. Petersburg, said he was paid in shares for consulting work in 2004, and that this “did not contradict any laws.”

He also expressed deep reservations about the protest movement.

“If government is changed not by evolutionary methods, but revolutionary methods, this is a catastrophe,” he said, adding that Mr. Putin “is the only choice. Of the other candidates, I don’t see anybody who could lead Russia. And I don’t just fear the street. I horribly fear the street. I have lived a lot. But this period is fearful for me.”


Странности Фемиды

rosbaltru234

История Татьяны Зайферт может служить классической иллюстрацией поговорки про сапожника без сапог. Экс-судья не может отстоять в суде свою правоту, в то время как реальные преступники спокойно разгуливают на свободе.

Бывший федеральный судья Калининского райсуда Петербурга Татьяна Зайферт в самое ближайшее время может оказаться за решеткой. Срок грозит весьма внушительный — до 10 лет. Однако сама Зайферт и ее окружение убеждены, что вся история высосана из пальца, уголовное дело — сфабриковано, а причиной тому — банальная месть.

Загадочное дело Татьяны Зайферт началось практически одновременно с другой громкой историей, в свое время взбудоражившей Петербург: с родственными внутрисемейными тяжбами семьи ректора Горного института Владимира Литвиненко и его дочери, экс-депутата Заксобрания Ольги Литвиненко. Дело о то ли похищении, то ли изъятии малолетней дочери Ольги Литвиненко Эстер-Марии до сих пор опутано тайнами и слухами, однако многие лица, так или иначе задействованные в этом мутном деле, рано или поздно оказываются под следствием и судом. В том числе и Татьяна Зайферт, как раз в разгар конфликта Литвиненко работавшая помощницей депутата Ольги Литвиненко.

Формально уголовное дело, возбужденное против Татьяны Зайферт, не имеет никакого отношения к семейной драме Литвиненко. Зайферт обвиняют в покушении на совершение мошенничества в особо крупных размерах. Якобы Зайферт, будучи профессиональным юристом, оказывала консультативные услуги лицам, которые затем были обвинены в мошенничестве с "рейдерским" душком. Цена вопроса — мансардное помещение площадью около 90 кв.м на Лиговском проспекте.

На самом же деле, как рассказала Зайферт "Росбалту", дело 2-летней давности сфабриковано и основано лишь на противоречивых показаниях допрошенных по делу лиц, впоследствии привлеченных в качестве обвиняемых. По словам Татьяны, никаких иных доказательств ее якобы преступной деятельности нет ни в материалах дела, ни в суде.

"До марта 2011 года я знать не знала ничего об этой истории с мансардой на Лиговке, — рассказывает Татьяна Зайферт. — Уголовное преследование началось только после марта 2011 года — то есть после того, как я приняла участие в гражданском процессе о возврате малолетней дочери Ольги Литвиненко, выступая в Василеостровском суде в качестве представителя Ольги по доверенности. Ольга в ту пору была депутатом Заксобрания, я — ее штатным помощником. И именно после того суда стала четко прослеживаться тенденция: чем принципиальнее наша позиция в отношении Ольги Литвиненко, тем больше грязи на тебя выливается. Например, обвиняемые по делу о мошенничестве по поводу мансарды на Лиговке раньше, то есть в течение двух лет, меня даже не упоминали на допросах. Зато после марта 2011 года в протоколах обвиняемых стала регулярно появляться моя фамилия, причем мое якобы деятельное участие в этом деле увеличивалось от допроса к допросу. А производство самих допросов странным образом зависело от публикаций в СМИ по обстоятельствам тяжбы Литвиненко".

Дело против Зайферт закручивалось с завидной для нашей Фемиды скоростью. Поскольку Зайферт имеет статус судьи в отставке, то и отношение со стороны правосудия к ней должно быть особым. Неудивительно поэтому, что делом Зайферт занялись едва ли не первые лица следственного комитета России и его управления по Санкт-Петербургу.

Помимо этого, как рассказывает бывшая судья, давление на нее началось буквально со всех сторон. Саму Татьяну преследовали и фотографировали неизвестные лица, в квартире матери Татьяны было обнаружено подслушивающее устройство, у нее на лестничной клетке – видеокамера наблюдения,  мужа хватали на улице в присутствии дочери и увозили в неизвестном направлении, прострелили стекло в машине. Оперативники умудрялись находить женщину в самых неожиданных местах — и только для того, чтобы вручить очередную повестку на допрос. Тогда, год назад, пока еще в качестве свидетеля. Однако психологическое давление давало о себе знать.

Зато наметилась и еще одна крайне любопытная тенденция: так или иначе различные противоправные, насильственные или противозаконные действия стали совершаться в отношении остальных коллег Зайферт — штатных или общественных помощников Ольги Литвиненко. Один из них, Илья Хлусов, оказался в реанимации ВМА после нападения на него неизвестными лицами (в возбуждении уголовного дела в отношении неизвестных отказано), а позже и в СИЗО по обвинению в мошенничестве. Второй помощник, юрист Стас Дмитренко, после угроз по телефону с намеками не поддерживать Ольгу Литвиненко, также был подвергнут нападению, несколько дней находился в реанимации, перенес несколько операций. Уголовное дело было возбуждено, но никаких конкретных результатов с декабря 2010 года так и не принесло. Спустя год — в апреле 2011 года — в квартире Дмитренко был произведен обыск. По словам Дмитренко и его жены, "сгребалось все", однако на последующих допросах следователей интересовали в основном вопросы об окружении Ольги Литвиненко. Оба бывших помощника Ольги Литвиненко убеждены, что целью этих действий было именно запугивание.

Затем настала очередь еще одного помощника Ольги Литвиненко Руслана Прасолова. Мужчину обвинили в уклонении от службы в армии. Прасолову удалось доказать, что он призыву не подлежит, однако и после многократных визитов в прокуратуру его продолжали преследовать лица, представлявшиеся полицейскими. Любопытно, что после проведенной проверки выяснилось, что в указанных отделах полиции никаких розыскных действий в отношении Прасолова не осуществлялось. Однако в настоящее время дело возобновлено, Прасолов объявлен в международный розыск.

В марте 2011 года был произведен обыск в квартире еще одной помощницы, Марии Рябковой. Что искали — не известно. Впоследствии обыск был судом признан незаконным. Однако пропавшие при обыске деньги – не найдены. Сама Рябкова в настоящее время обвиняется в совершении нападения на полицейского – мастера спорта по боксу, и что самое поразительное – на глазах у еще двух полицейских. Хрупкой Марии вполне "светит" до пяти лет тюрьмы.

Поразительно, но некое невразумительное уголовное дело было возбуждено даже в отношении няни детей Ольги Литвиненко — пожилой женщины, инвалида и ветерана труда Натальи Жуковой. По некоторым предположениям, цель этих махинаций — отказ от какого-либо сотрудничества с самой Ольгой.

В начале июня 2012 года по обвинению в мошенничестве задержан помощник Ольги Литвиненко, подполковник милиции Сергей Курбатов. В течение пяти суток Ленинский районный суд рассматривал материал об аресте, и в результате Курбатов (инвалид П группы, два ножевых ранения в голову, отсутствует одна почка, стоит сердечный стент) был отпущен.

В итоге все люди из окружения Ольги Литвиненко получили по "своему" уголовному делу. С Татьяной Зайферт дело обстояло по-другому. В отношении бывшей сотрудницы правоохранительных органов суета вокруг уголовного дела нарастала как снежный ком. Но апофеозом стало предъявленное 3 февраля 2012 года обвинение Зайферт по ст.30 ч.3, 159 ч.4 УК РФ в покушении на мошенничество и, что самое главное, неадекватная мера пресечение — арест. Правда, суд сначала все-таки пошел навстречу бывшей коллеге и выпустил Зайферт под залог в 3 млн рублей (заметим, что подозреваемые в куда более тяжких преступлениях отделывались куда меньшими суммами залога).

Однако и на этом суд да дело не закончились: буквально на днях суд удовлетворил ходатайство следственного комитета об избрании в отношении Зайферт более жесткой меры пресечения — заключения под стражу сроком на 2 месяца на период предварительного следствия, длящегося и так уже более двух лет. В качестве аргументов следствия фигурирует тот факт, что Татьяна является экс-сотрудником правоохранительных органов и, оставаясь на свободе, каким-то образом может повлиять на ход судопроизводства. Татьяна обжаловала судебное определение, однако есть все основания полагать, что уже в конце июня имеющая 32-летний стаж работы, работающая адвокатом, живущая в нормальной семье, с супругом, дочерью-студенткой, пожилой больной матерью и никуда не собирающая сбегать Татьяна Зайферт, как "особо опасный преступник", окажется за решеткой, поскольку может оказать давление на неустановленных за 2 года следствием свидетелей, уничтожить не обнаруженные в течение 2-х лет следствием документы. Один из аргументов руководителя СК: "Она пишет везде жалобы, чем представляет опасность для общества".

Примечательно, что Ольга Литвиненко, ставшая вольно или невольно эпицентром криминально-психологической войны, официально заявляет, что на людей из ее бывшего окружения организована травля.

Сама Татьяна Зайферт готова адекватно оценивать даже самые абсурдные особенности российского следствия и правосудия и не вмешивается в ход процессов. Однако заскоки российской Фемиды изумляют даже посторонних: в то время как кровавые убийцы из той же, например, станицы Кущевской преспокойно отделываются от заслуженного наказания 150-тысячными штрафами, не слишком молодая и не слишком здоровая женщина, не представляющая социальной опасности, может попасть за решетку только потому, что оказалась в ненужное время в ненужном месте. Но,  увы, доводы здравого смысла в этой странной истории оказываются немыми.


В Петербурге задержан помощник Ольги Литвиненко

 
В Петербурге по обвинению в мошенничестве сегодня задержан помощник Ольги Литвиненко Сергей Курбатов. Также 29 мая суд постановил заключить под стражу бывшего федерального судью Татьяну Зайферт, также оказывавшую юридическую помощь Литвиненко. Об этом ЗАКС.Ру рассказала сама Татьяна Зайферт.

- Суд избрал мне меру пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца, указав в качестве причины, что я могу угрожать свидетелям и могу уничтожить не обнаруженные следствием доказательства, - рассказала она. - Поскольку процедура в отношении меня сложная; я бывший федеральный судья, я подала апелляцию.

19 июня состоится заседание апелляционной инстанции. Если, как ожидается, Горсуд оставит определение в силе, СК должен будет обратиться в квалификационную коллегию для получения согласия на исполнение.

Татьяну Зайферт обвиняют по ст.159. ч.4. По той же статье возбуждено уголовное дело в отношении задержанного сегодня Сергея Курбатова. По словам Зайферт, ранее было возбуждено уголовное дело в отношении неустановленных лиц, а сегодня в качестве подозреваемого привлекли Курбатова.

Напомним, Ольга Литвиненко была депутатом Законодательного собрания от "Справедливой России" прошлого созыва. Ее отец, Владимир Литвиненко, является ректором Горного института. В минувшую президентскую кампанию он возглавлял штаб Владимира Путина в Петербурге и считается его другом.

В середине прошлого созыва ЗакСа Ольга Литвиненко родила дочь, после чего фактически ушла из политики, погрузившись в конфликт с собственными родителями. Спор вышел из-за того, кто должен воспитывать и с кем должна жить дочь Ольги Эстер-Мария. В результате девочка осталась с Литвиненко-старшим, а Ольге пришлось покинуть Россию, опасаясь за свою жизнь.

Ранее Литвиненко неоднократно заявляла, что помогавшие ей люди подвергаются преследованиям в России.  

 

Jak reżim Putina walczy z Kobietami, odbierając im dzieci.

Tagi: Putin, Rosja, Pussy Riot, Moskwa,

Dziś w Rosji świętowano dzień zwycięstwa. Dla wielu to święto zwycięstwa, cytując za nowym starym prezydentem Putinem, zwycięstwa nad totalitarnym systemem, faszyzmem, ale nie dla wszystkich. Dzisiaj również opozycja dała znać o sobie organizując demonstracje w kilku miejscach Moskwy jak również Sankt Petersburga. Działacze opozycjyni zostali aresztowani walcząc jak uważają z kolejnym wcieleniem totalitarnej władzy jakiej twarzą i głównym liderem jest Putin. Można by zapytać dlaczego totalitarny system kojarzony jest z systemem politycznym obecnie panującym w Rosji. Totalitaryzm utożsamiany jest z ideologią państwa w którym panuje monopol informacyjny, a władza poprzez siłe dąży do monopartyjnego systemu, gdzie członkowie partii to nadludzie mający pełną kontrolę nad resztą społeczeństwa. Metody władzy Putina w wielu sytuacjach odzwierciedlają metody państwa totalitarnego i tu można by wymienić metodę odbierania praw rodzicielskich rodzicom reprezentującym opozycyjne poglądy. Tu przytoczyć trzeba historię Pussy Riot, którym grozi odebranie praw rodzicielskim ale również historie byłej deputat parlamentu Sankt Petersburga Oldze Litvinenko. Tej ostatniej uprowadził córkę ojciec, kolega Putina, Vladimir Litvinenko. I można by pomyśleć, że chodzi tu o konflikt rodzinny a jak ukazano w materiale gruzińskiej telewizji PIK, to również konflikt o podłożu politycznym. Olga Litvinenko reprezentując swoje poglądy i niezależność naraziła się na krytykę pro Putinowej większości parlamentu Sankt Petersburga, a tym samy wystawiła swojego ojca na sporą falę krytyki. Vladimir Litvinenko mając nadzieję, że odebranie dziecka Olgi, przywróci mu kontrolę nad zachowaniem córki, nie wahał się wykorzystać swoje koneksje z prezydentem Putinem. I tak rodzinny konflikt stał się konfliktem politycznym, gdzie oligarcha, rektor Litvinenko, pokazuje wszystkim że pieniądze i wsparcie władzy Kremla stanowią prawo w Rosji, a ci którzy myślą inaczej są opozycją z którą walczy reżim. Tak dla jednych dzień zwycięstwa to przypomnienie zwycięstwa nad faszyzmem a dla innych to przypomnienie, że reżim Putina ma się dobrze i dalej będzie dzielnie bronić tego co nazywa porządkiem i ładem.

 

Друг Путина похитил ребенка (Источник)

fotoРектор Горного университета Владимир Литвиненко, который был научным руководителем Путина, вот уже несколько месяцев не может найти свою дочь Ольгу Литвиненко, бывшего депутата петербургского Законодательного собрания. По его заявлению было даже возбуждено уголовное дело по ч. 3 статьи 127 УК РФ (незаконное лишение свободы). Вот только кто кого похитил — еще вопрос. Ольга Литвиненко уверяет, что она по своей воле прячется от Владимира Литвиненко за границей, поскольку боится, как бы он не похитил ее грудного сына, как уже фактически похитил двухлетнюю дочь, используя свои связи. Об этом Ольга Литвиненко сама рассказала «Собеседнику» в интервью по скайпу. По нашей просьбе, интервью Ольга Литвиненко давала в крупном торговом центре, полном посетителей, чтобы доказать, что если в этой истории кого-то и похитили, то не ее саму, а ее ребенка.

 

Коллективное письмо от помощников депутата Литвиненко О.В Президенту РФ 


Скачать документ

 

Депутат ЗакСа Ольга Литвиненко продолжит борьбу за дочь 

Санкт-Петербургский городской суд отменил решение Василеостровского районного суда по иску депутата Законодательного собрания Ольги Литвиненко "о возврате ребенка и не чинении препятствий исполнению родительских обязанностей" к Владимиру и Татьяне Литвиненко. Об этом сообщает пресс-служба уполномоченного по правам ребенка в Петербурге.

Кассационную жалобу подавали отец ребенка и дедушка с бабушкой. Их главный аргумент состоит в том, что девочка Эстер-Мария фактически проживает с отцом. Поэтому Владимир и Татьяна Литвиненко исполнить решение суда и вернуть дочь Ольге Литвиненко не могут.

С 22 июня определение суда вступило в законную силу.

Теперь мать вынуждена будет подать иск об определении места жительства ребенка к отцу девочки.

Напомним, в прошлом году родители Ольги Литвиненко - ректор Санкт-Петербургского Горного университета Владимир Литвиненко и его супруга Татьяна - отказались отдать ей дочку, которая в течение длительного времени проживала с бабушкой и дедушкой. Конфликт пришлось решать в судебном порядке. В ходе предварительных переговоров в спор включился и отец ребенка – Андрей А. – гражданин России и Нидерландов. 


Остановите этот беспредел!     Верните Эстер-Марию маме!     Помогите!